***
Небо выдержало нагрузки,
Даже трещины не дало.
Я последний свободный русский,
Остальные ушли в стекло.
Стеклянные лают собаки,
Стеклянный торчит колпак.
Стеклянные жмут макаки
Стеклянные руки макак.
Дребезжанье летит повсюду, —
Какие уж тут колокола!
Красивый стеклянный Иуда
Выходит из-за угла.
Не думайте, что я утешусь
И стёкла перестану бить,
Не думайте, что я повешусь
Или передумаю быть.
Хочу оставить в наследство
Каждому по огромному кирпичу.
Я — последнийший из последних,
И это последнее, что я хочу.
***
Пусто вокруг и голо.
Под разговор камней
Жёлтая тень монгола
Тихо ползёт ко мне.
Жёлтая тень линяет —
Нынче её сезон;
Намертво заслоняет,
Словно огромный зонт,
Свет от земли родимой,
Льющийся много лет.
Даже в глазах любимой
Жёлтый незрячий след.
Тянутся дни пустые
В русле пустой реки.
Души пусты людские
И оттого легки.
В пальцах не слышно хруста,
Краски небес густы.
В комнатах наших пусто,
Лестницы все пусты.
Что-то мешает зренью…
Воздух рукой задень —
Станет твоею тенью
Чья-то пустая тень.
Что бы ты ни затеял,
Сам о себе скорбя,
Тень, на глазах желтея,
Бросится на тебя…
Пусто вокруг и голо.
Ночь разливает йод.
Жёлтая тень монгола
Рядом со мной встаёт.
***
Закаты над Красною Пресней
Прогорклой слезой отрави!
Становится русскою песней
Тяжелое бремя любви.
Деревья желтеют, как старцы,
И песня летит стороной.
Не хочет, не хочет остаться,
Наверно, ей скучно со мной.
А листья согласно кивают
И падают на тротуар.
Пусть Пресня дождями смывает
Случайный октябрьский загар.
Продравшись сквозь бред и злословье,
Сквозь желтое это былье,
Становится русской любовью
Глухое молчанье мое.
***
Я жил в ладу с родной страной,
Смеялся, плакал, ошибался.
Что приключилось вдруг со мной?
России нет, а я остался.
Сказали мне: — Уж много лет
Земли той нет, с которой ладил.
О чём же думал ты, поэт,
Когда девиц небрежно гладил?
И водку пил, а после спал,
Не раздеваясь, как бродяга…
Зачем бесцельно промотал
Свою бесценную отвагу?..
Себя коря, себя виня,
Одну вымаливаю малость —
Пусть лучше б не было меня,
А Родина моя осталась.
***
Опавший лист — всего лишь лист опавший,
В прожилках, в нездоровой желтизне.
Вчерашний день — всего лишь день вчерашний,
Всего лишь длинный отблеск на стене.
А на столе стоит всего лишь ваза,
А на постели — тела лёгкий след.
И с губ твоих летит всего лишь фраза
О том, что счастья не было и нет.
В твоих глазах сомненье и тревога,
Твои слова на звуки разделю.
И мне тогда останется немного:
Всего лишь вспомнить, что тебя люблю.
Не трогай розы с острыми шипами
И срок любви по ним не измеряй.
Ты знаешь, наша жизнь всего лишь память,
Потерянная по дороге в рай.
***
Восходит солнце тусклое
Над заспанной страной.
Живёт свобода русская
Одна в глуши лесной.
Внутри деревьев холодно,
Спокойно и темно.
Внутри деревьев колокол
Не слышен всё равно.
И всё свободе впору бы,
Да жаль, что слабнет люд.
А прежде были спорыми
На пляску и на блуд.
А прежде были гордыми,
Исправно шли на бой
С татарами, с монголами
И прочею ордой.
И в засуху, чтоб кровное
Родство нам не забыть,
Горят леса огромные
Во всю лесную прыть.
Пусть в них свобода плавится,
Как в доменной печи.
Пусть в них Россия славится
И достаёт мечи.
И укрепляет клятвами
Бойцов, что подняла.
А эта жизнь треклятая
Пускай сгорит дотла.
***
Запах детства на ладони
Въелся в линию судьбы.
Я в загоне, я в вагоне,
За окном летят столбы.
А колёса бьют страданья,
Никого не веселя.
Вот уже косые зданья
Превращаются в поля.
Вот уже поля танцуют,
От волнения дрожа.
Видишь, всадники гарцуют
В ожиданье мятежа.
Схоронились под дубами
Мухомор и мракобес,
А дубы уперлись лбами
В грудь молочную небес.
И никто не пожалеет
Всех попавших в переплёт.
Пыль взлетает, ветер веет,
Поезд едет, дым идёт.
|
