Между Украиной и Россией длится непрестанная склока. Захватывают маяки. Роют канаву через крымский перешеек. Грозят увеличить аренду за базирование Черноморского флота. Повышают цены на газ до «европейского уровня». Воруют газ из трубы. Высылают «москалей» из Киева. Бранят «хохлов» в Москве. Грозятся создать «ракетный щит» Украины. Налагают запрет на поставку украинских курей и бычков. Смешной и довольно гнусный базар, в котором укореняется риторика «холодной войны», смазанная патокой о «дружбе славянских народов», о «стратегическом партнерстве», о «братстве» и «бескорыстной любви».

В этом пестром и затейливом ворохе маскируются две встречных тенденции, создающие долговременный, не поддающийся урегулированию конфликт. Первая тенденция, — Украина, выпавшая из гнезда СССР, стремится что есть мочи стать суверенным, самодостаточным, национальным государством. Вторая тенденция, — после пятнадцатилетнего обморока затоптанная либеральными башмаками Россия вновь начинает осознавать себя империей, втягивает гравитацией своего континента отвалившиеся «дурные» окраины. Две эти тенденции сталкиваются, как океанская и речная вода, создавая бурлящий слой непрерывных противоречий.

Украине мешает стать полноценным национальным государством мощный русский компонент населения в Крыму и Левобережье, тяготеющий к России, а также экономическая ущербность и недостаточность этого «огрызка» СССР. Помогает — протекторат Америки и Европы, стремящихся «отцепить» Украину от России, и воля киевского руководства, сделавшего национальный, «европейский» выбор.

«Имперскость» России сдерживают остаточные элементы либерализма в элитах и кремлевском руководстве, несформулированность «имперской доктрины», недостаток воли и блокирующее влияние Америки, лишающей Россию части своего суверенитета. При этом «нефтегазовая русская империя» никогда не смирится с установлением кордона от Балтики до Черного моря, в котором Украина играет ведущую роль, контролируя поставку российских углеводородов в Европу. Россия не откажется от баз Черноморского флота, без которого невозможно влиять на Кавказ, препятствовать антирусским плацдармам, защищать нефтяную коммуникацию «Голубой поток» из Новороссийска в Турцию.

Этот тлеющий, похожий на гниение конфликт будет длиться как угодно долго, вплоть до «глобального обвала», предполагающего смещение центров влияния и новый «передел мира».

Этот обвал неизбежен и может наступить внезапно, например, с началом американских бомбардировок Ирана. Катастрофа нефтяного рынка опрокинет экономики Европы и Штатов. Долларовая пирамида рухнет, обвалив финансовые рынки ведущих держав. «Мусульманский взрыв» сотрясет Европу, раздавит Израиль, превращая Ближний Восток в кровавую рану. Америка, не способная вести войну на три фронта, — в Афганистане, Ираке и Иране, откатится на свой континент, оставляя «бесхозными» зоны недавнего влияния. Россия стряхнет с себя гегемонизм одряхлевшей Америки и вернется в эти зоны «геополитического запустения». Сотрясенный мир станет выстраивать новые «параллелограммы сил», в которых у России обнаружится мощная составляющая. В этом параллелограмме не найдется места Украине, Грузии и Молдове, и они растворятся в основной составляющей. Здесь таится «имперский шанс» России, развитие ее имперской судьбы.

Однако не следует полагать, что Газпром один, своими стальными щупальцами, способен реализовать новый вариант русской геополитической империи. Он задействует в «имперской работе» лишь малую часть российского населения, необходимого для обслуживания «трубы». «Золотой газпромовский миллион» не выдержит давления ста десяти миллионов, оставшихся за пределами «злачной корпорации».

России предстоит задействовать весь находящийся в ее распоряжении ресурс населения и пространств. Контролируя седьмую часть суши, Россия в состоянии установить быстродействующие коммуникации между Америкой, Европой и Азией. Способна «торговать» пространствами. Создать «экономику пространств». Новые транспортные технологии, оставляя в стороне традиционные виды транспорта: водный, автомобильный, железнодорожный, воздушный, — так называемые «струнные дороги» повлекут за собой грандиозное строительство. Будут способствовать дешевому и скоростному транзиту международных грузов, а также перевозке самого дорогого ресурса ХХI века — пресной, пригодной для питья воды. Этот ресурс уже сегодня дороже нефти. Русский Байкал, Онежское озеро, озера Таймыра — драгоценность России, источник ее экономического чуда. Вода и лед, питьевая влага и холод, — вот что составит экономическое могущество России к середине века. Геополитическая империя России, пятая по счету, введет в обращение дремлющие веками, безлюдные, промороженные насквозь территории, которые, не понимая зачем, движимые божественной волей, пристегивали к Москве первопроходцы Ермака и Дежнева. В то время, когда дотошная Европа конструировала швейцарские часы и музыкальные машины, русские строили Империю «часовых поясов», «сочиняли музыку безграничных пространств». Шли на Полярную звезду, влекомые ее мистическими лучами. Полярная звезда для России — ее Вифлеемская звезда, ведущая народ к Рождеству.