Континент единой русской истории расколот на отдельные части. Глыбы сталкиваются, тектонические платформы крушат друг друга. Кромки скрипят и трескаются, и над всем пространством российской истории, как над полем битвы, стоит дым и грохот. Нынешний «либеральный» фрагмент сражается с «красным», советским. Науськивает на него «белый», романовский. В тыл никонианской, петровской России ударяют старообрядцы, Нил Сорский. Православную Русь Владимира «Красное солнышко» тщится кольнуть языческая Русь Святослава, волхвы-богомыслы, жрецы Перуна. И все вместе обрушиваются на «либералов-западников», предательски посягнувших на святоотеческую красоту и праведность. Русское историческое время переломано, как хребет. Из него выбиты связующие позвонки. Все огромное туловище государства зыбко колеблется, валится на бок, не в силах воздвигнуть могучую стать.

Хрупкий драгоценный кристаллик новой русской государственности, бриллиантик «Пятой Империи» взращивается среди кромешной схватки эпох. Ему не хватает света — отсутствует «фокус», сквозь который проходят лучи минувших времен. Не хватает волшебной дудки, в которую дуют таинственные творящие силы, веют мистические ветры, собирая рассыпанные корпускулы власти, разрозненные частицы исторического времени. Ослабленный схватками, замутненный вихрями битвы, таинственный дух истории продолжает дышать из глубины веков. Каждая из четырех минувших империй источает свои незримые лучи. В этом магическом ветре, в пучках лучистой энергии бриллиант наращивает грани, излучает драгоценные спектры. Превращается в лучистую звезду, готовую вновь воссиять на русском небосклоне.

Как способствовать взрастанию кристалла? Как обустроить «лабораторию актуальной истории», где синтезируется алмаз? Как поступали великие «алхимики власти», искушенные «маги истории», сотворяя новый «субъект» государства?

Сталин, укрощая огненный большевизм, ввел «белую» имперскость в «красный» контекст, поместил «допетровских» Александра Невского и Дмитрия Донского рядом с офицерами в царских золотых эполетах с красной звездой на груди — и случилась Победа. Франко сложил в общую могилу кости фашистов и республиканцев, отслужил поминальную мессу, подарил стране долгожданное единство. Дэн Сяопин соединил революционный маоизм с «либеральным рынком», а их обоих — с незыблемой китайской традицией, сообщив Китаю гигантский рывок в будущее. Япония сочетала «самурайскую этику» и «дух микадо» с программным обеспечением и вырвалась в мировые лидеры. Путин выхватил из всепожирающего пожара «демократии» слова и музыку советского гимна, красное знамя Победы и ввел их в число государственных символов, но этого, увы, оказалось абсолютно недостаточно — не направило взрыв катастрофы в «фокус» развития.

Сегодня над русской историей вьются демоны смуты. Не дают срастись переломам, мешают зарубцеваться ранам. Чуть заметят, что утихает столкновение эпох, складывается рассыпанная фреска, — сразу налетают, долбят костяными носами, хлещут нетопыриными перепонками. Целые стаи журналистов посвятили свою жизнь замарыванию «красной истории», исполнены лютого антисталинизма, что делает их похожими на химер Собора Парижской Богоматери. Депутат, кочующий из партии в партию, из одной мутной идеологии в другую, везде оставляет непотребную массу высказываний — специализируется на «выносе Ленина из мавзолея». Политический шоумен, словно его укусила либеральная муха, неутомимо брызжет антисоветизмом, покрывается испариной ненависти. Их задача — не позволить срастись становому хребту русской истории. Их миссия — дробить и выклевывать хрупкие позвонки, что силятся соединить обрубки ствола. Помешать отдельным историческим эпохам успокоиться в едином объеме русской «метаистории». Что ж, такова их «антиисторическая роль» — замедлить рождение младенца, затормозить взрастание кристалла «Пятой империи».

«Метаистория» — материнское лоно, откуда чередой исходили Киевская Русь, Московское царство, Петербургская империя, Красное государство Советов. Чрево, где теперь созревает дивный эмбрион «Пятой Империи». «Кто более матери-истории ценен?» Несомненно, все периоды, ибо все они — ее дети. Мы, живущие на переломе эпох, не оказываем предпочтения ни одной из уже исчезнувших, но испытываем к истории Родины сыновнее чувство, «священное благоговение». Не видим недостатков нашей матери. Благодарны ей за рождение. Находимся в поле ее материнского бережения.

Красная площадь Москвы — каменная икона русской «метаистории». В кремлевских соборах стоят надгробия русских князей и царей. В кремлевской стене покоится прах красных героев и мучеников. У Александровского сада дышит поминальный огонь войны, и он же — лампада Победы. Есть алая пустая стена, обращенная к реке. Она ждет святых и подвижников нового времени. Там место Евгению Родионову, отдавшему жизнь за Россию. Священным мученикам подводной лодки «Курск». Рыцарям Шестой воздушно-десантной роты. Красная площадь, словно священная чаша, собирает в себя божественный напиток, скрепляющий землю и небо, прошлое и будущее. В ней — энергия «метаистории», вскармливающая новое диво бессмертной России.

Государство добывается в великих трудах. Народ каждый раз формулирует «русскую идею» в непомерном напряжении сил, в неповторимом историческом творчестве. Под страшным давлением времени, в огненной вспышке прозрения рождается долгожданный алмаз — новая русская государственность. Плод Русской Победы.