Author: Владимир Бондаренко
Title: ЧАША ПОБЕДЫ
No: 10(28)
Date: 12-10-99
Мы все вместе склеиваем Чашу Победы, собираем многоцветье ее фрагментов. Мы сделали символом нашей будущей русской Победы октябрь 1993 года. “Почему?— удивятся наши противники.— Ведь в октябре 1993 года по вам палили из танков, вас загоняли в подвалы и подземелья, вас расстреливали в упор из автоматов и пулеметов, не жалея ни священников, ни кинооператоров, ни детей, ни стариков”.
И все-таки, русские художники слова уловили в самом акте героического сопротивления не просто жертвенность, не глухое отчаяние, а незатухающую энергию русского народа.
Сначала появились яркие, трагические, героические, мудрые, философские, духовные стихи Бориса Примерова и Николая Тряпкина, Татьяны Глушковой и Юрия Кузнецова, Юрия Кублановского и отца Романа, Нины Карташевой и Геннадия Ступина.
Через год-два в самых разных журналах стала появляться проза Сергея Есина, Сергея Алексеева, Эдуарда Лимонова, Юрия Лощица. С каждым годом число талантливых произведений, посвященных историческим событиям октября 1993 года, нарастало. Не обошлось и без пьес. Сначала Василий Белов в “Москве”, затем Юрий Бондарев в "Дне литературы" опубликовали свои драматические произведения о кроваво-огненных днях 1993 года. Вскоре МХАТ Татьяны Дорониной поставил у себя на сцене пьесу Василия Белова. И пусть о спектакле Николая Пенькова молчала театральная трусливая пресса,— о нем знали все те, кому дорог октябрь 1993 года.
Сквозь зубы демократические критики проговаривают то в "Знамени", то в "Новом мире", то в "Литературной газете", что художественный, писательский ответ на расстрелы палачей оказался значимей самих действий ельцинской шайки бандитов.
Уже в последнее время вышли книги Леонида Бородина и Юрия Полякова, герои которых обретают новый смысл жизни на баррикадах у Дома Советов. И наконец, к шестой годовщине народного восстания вышла, как икона русского сопротивления, книга Александра Проханова "Красно-коричневый". Погибающий герой ее канонизирован прохановским романом. А вместе с ним канонизированы и все реальные погибшие герои октября 1993 года, к каким бы течениям патриотической оппозиции они ни принадлежали.
Смерть возвысила их всех: анпиловцев, полуголодных пенсионеров в потрепанной одежде, строгих дисциплинированных баркашовцев, горделиво маршировавших перед телекамерами всего мира, растерянных интеллигентов, еще недавно аплодировавших своему палачу и убийце Ельцину, взбиравшемуся на танк в этом же самом месте в августе 1991 года, офицеров, присягавших один раз и не желающих изменять присяге. Октябрь 1993 года на миг объединил все фрагменты русского сопротивления. Над горящим Домом Советов вдруг вознеслась чаша русской Победы. И потому в Париже собирали подписи в защиту героев Октября бывшие лютые враги Владимир Максимов и Андрей Синявский. И в память об октябре 1993 года на президентских выборах Андрей Синявский открыто голосовал за Зюганова. Не за Ельцина же голосовать.
И потому в романе Леонида Бородина "ТРИКИ…" на баррикадах Дома Советов встретились бывший кагэбешник и бывший политзаключенный. Победят не красные и не белые, победят русские. И потому старые интеллигенты и дипломаты из пьесы Юрия Бондарева прозревают окончательно именно в те кровавые дни. В этом и была победа. Люди прозрели и увидели, куда, в какой ад, они добровольно брели. Это еще один подвиг русских писателей. Они переломили своими произведениями о 1993 годе сознание людей. И будущие поколения станут читать об октябре 1993 года именно в нашей победной русской версии. Ибо другой версии нет. Историки литературы еше будут решать загадку, почему сотни обласканных прикормленных придворных писателей и артистов ни одной строчкой, ни одним фильмом, ни одной живописной картиной не воспели деяния ельцинских откормленных палачей. Кроме газетного вопля "Раздавите гадину", ничего художественного не вышло из-под их позолоченных перьев.
На вечере Александра Проханова 3 октября прозвучали верные слова: “Победят в России не красные и не белые, и не коричневые, победят русские”.
Это наша, современной русской литературы, главная задача — склеить воедино на третье тысячелетие русскую Чашу Победы. Она склеивается кровью павших героев 1993 года.
Нам ценны все фрагменты русского духа, русской культуры.
Наша русская альтернатива миру, с новыми грандиозными проектами нового византизма, новой Евразии находит все больше сторонников в разных слоях общества.
Что остается темному миру? Дробить, крушить, загонять в тупики слабовольных интеллигентов и выдавать эти тупики отчаяния за доказательства ничтожности России. В современной литературе я вижу сегодня два течения и совсем не в том карикатурном виде, как показывают примитивные газетчики. Не правых и левых. Не демократов и патриотов. Не русских и евреев.
Одни художники, творцы, философы сегодня строят свои фрагменты Чаши Победы, их диапазон огромен — только в последних номерах литературных журналов я прочел великолепную прозу Андрея Волоса, героическую легенду Юрия Кузнецова, философское повествование Олега Ермакова,— это все фрагменты Чаши Победы.
И гораздо меньший поток — вниз, на разрушение, на подавление, поток беглецов от своего порога. Их мало, и потому они так отчаянно вопят. Они были бы не опасны, но именно тлену разрушения государственные органы печати отдают на страницах, посвященных культуре, львиное место.
Вот на государственном канале телевидения Виктор Ерофеев убеждает всех, что у России нет шансов выжить, и вообще он любит русских, не Россию. Вот некий Дмитрий Быков говорит, что Россия — это труп. Вечный игрун в диссиденство, но при этом лауреат Пушкинской премии Дмитрий Пригов сообщает сотням тысяч читателей, что “Россия неустойчива, Она будет и дальше распадаться. И этот процесс будет еще более болезненным…”
Мне нет дела до национальности этих авторов и их политических взглядов.
Я знаю, что Евгений Рейн называет себя "человеком, приросшим к родным камням" и ему по душе живая Россия. Я знаю, что на Яснополянских встречах и Анатолий Ким, и Владимир Личутин, и Лев Аннинский говорят о святости русской земли и русской культуры. И это все фрагменты будущей Чаши Победы. Ибо русскость — это вечное состояние души. И талантливые художники по-платоновски, из руин, предчувствуют новые грандиозные проекты.
Лишь сломленная, потухшая, отчужденная часть творцов, подобно Андрею Вознесенскому "ловит черный кайф" от мучений своего народа. Или же презирает его, как Олег Хлебников. Меня поразили его последние стихи в "Новой газете". Вот еще один искушенный чаадаевщиной. Для него не власти, не жулики, а вся Россия — "грешная страна". И этой "грешной стране" чужды любовь и честь. Какая фальшь! Не Макашову, не Ельцину, не Зюганову, не Явлинскому, а всей России чужды любовь и честь, ибо вся страна во грехе.
Не много ли на себя берете, прорицатели распада России?
Развитие и культуры, и производства, и в целом общества, пошло уже не по вашему пути. Россия сворачивает на свой русский путь, где политика становится вторичной.
Из искры 1993 года разгорается пламя нашей общей победы. Только вместе, поняв наши утраты и наши жертвы, мы сможем выстоять. В этом и есть главный урок 1993 года — народ должен осознать себя народом и объединиться. Осколки русского сопротивления должны быть собраны воедино и стать Чашей Победы!
А художественная летопись 1993 года, я уверен, будет продолжена. Не уйти от этой темы ни Александру Солженицыну, ни Юрию Буйде, ни Олегу Павлову, ни даже Виктору Пелевину. Октябрь 1993 года притягивает творцов своей высокой мистикой. Погибшие взывают из гробов, несбывшиеся надежды ищут своего претворения, Да будет так!