Author: Феликс Кузнецов
Title: НАЙДЕНА РУКОПИСЬ “ТИХОГО ДОНА”! (Из речи на Х Съезде писателей России)
No: 12(30)
Date: 14-12-99

     
     Хочу проинформировать вас о событии мирового значения, произошедшем буквально в эти дни и совпавшем с нашим съездом. Я имею в виду то, что рукописи первого и второго томов "Тихого Дона" — самой великой книги ХХ века, живы! (Аплодисменты). Они нами ксерокопированы в полном объеме, и завершаются переговоры об их приобретении.
     В двух словах — история вопроса во избежание кривотолков. Это рукопись объемом 885 страниц, формат А-4. На них стоят "серп и молот", это листы начала 20-х годов. Две трети текста написаны рукой самого Шолохова и одна треть — почерк его жены Марьи Петровны и двух ее сестер. Вот это переписанное сейчас набело с правками Шолохова.
     Что касается остальных 600 с лишним страниц, они делятся по своим характеристикам на три вида. Во-первых, черновики. Каждая книга разделена на главы, и большинство глав представлены в черновиках. То есть это первозданная рукопись, испещренная пометками, вписками на полях, сверху — вся лаборатория творческой работы Шолохова над словом.
     Второе — варианты. Он эти черновики переписал снова, они тоже правлены, но уже меньше. И наконец, третье — сам чистовик, частично переписанный его рукой, частично рукой жены и ее сестер.
     Это та самая рукопись, что привез Шолохов в 1929 году на комиссию, которую возглавляла М.И.Ульянова, комиссию, которая рассматривала вопрос о слухах и сплетнях в отношении "плагиата". Как вы знаете, итогом было обращение группы писателей в печати, в том обращении было сказано об этих черновиках, и именно эта рукопись полностью прекратила тогда еще всякие слухи и сплетни!
     Что произошло дальше с этой рукописью? Вы знаете, архив Шолохова, который хранился в Вешенской, в его доме, и был частично упакован в большой деревянный ящик, который он сдал в местный отдел МВД для сохранения, погиб во время войны. В дом попала бомба, рукопись разметало по всей улице, военные люди собрали 138 страниц. Четвертая книга была найдена и находится в Пушкинском доме. Больше там ничего не было. И не было ничего по первой и второй книгам, на которые и шла атака недругов русского гения. И эту рукопись он оставил в доме своего самого близкого друга, писателя-деревенщика Василия Кудашова, который ушел в ополчение в 41-м году, попал в окружение и сгинул.
     По ряду писем и данных мы, литературоведы, знали, где находится эта рукопись. Было известно, что еще в 1941 году она была у вдовы Кудашова Матильды Емельяновны. Но когда мы, шолоховеды, к ней приходили, она говорила, что никакой рукописи нет. Я не знаю, что произошло между ними, но в момент самого тяжелого наката на Шолохова она скрыла факт существования этой рукописи. Более того, Мария Петровна после смерти Шолохова звонила ей и просила вернуть рукопись, но она и вдове писателя сказала, что рукописи у нее нет, что бумаги потеряны во время переезда с квартиры на квартиру...
     Мы никак не могли подобрать "ключи" к этой рукописи, зато их подобрал другой человек — некий журналист, который и помог ей получить ту квартиру, поставить телефон. И она пошла ему навстречу, — на условиях молчания. В течение десяти лет журналист держал в своих руках эту тайну, поднимая ставку: сначала 50 тысяч долларов, потом — 500 тысяч, которые, конечно, мы не могли ему дать.
     И только после смерти Матильды Емельяновны, когда все это ушло наследникам, нам удалось отыскать их, опередив того человека, и найти возможность убедить дочь хранительницы за приемлемую цену передать рукопись нам, чтобы сохранить ее для Отечества и для русской литературы. Наталья Васильевна согласилась.
     В настоящий момент правительство выделило необходимые деньги. Мы завершаем переговоры, покупаем эту рукопись, проводим ее представление читателям и почитателям Шолохова и начинаем исследовательскую работу для подготовки академического собрания сочинений к его 100-летнему юбилею. А также начинаем работу по анализу этой рукописи, потому что она содержит в себе неопровержимые факты математического характера, полностью опровергающие гнусные, грязные слухи и версии. И думаю, что людям, которые их распространяли, будет понятно, какой тяжкий грех они брали на душу, попытавшись украсть у русского народа его самую великую литературу!