Author: Владимир Бондаренко
Title: НЕПОМЕРНАЯ РУСЬ
No: 5(35)
Date: 3-03-2000

     
     Может, и беда России в нашей непомерности? И правы были великие русские поэты, когда писали: "Умом Россию не понять" — Федор Тютчев, или же "У нас в душе некошенные степи. Вся наша непашь буйно заросла… размахом мысли, дерзостью ума, паденьями и взлетами… Поэтому так непомерна Русь и в своеволье, и в самодержавье…" — Максимилиан Волошин.
     Но откуда взялась эта непомерность? От наших просторов? А откуда взялся раскол русского сознания, постоянный, из столетия в столетие раскол русского общества? Владимир Личутин, блестящий русский писатель, нанизывающий жемчуга слов на нитку русской словесности, с виду такой низенький мужичонко, способный лишь балагурить с друзьями и низвергать с писательских трибун любые власти, сам и взялся за непомерную задачу: прояснить причины традиционного русского раскола, уходящего в глубь веков.
     Роман свой, так и названный "Раскол", он писал двенадцать лет. Писал на фоне все углубляющегося трагичнейшего русского раскола наших дней. Роман не про красных и не про белых, не про Петра и не про стрельцов, не про демократов и не про патриотов, и даже не про патриарха Никона и протопопа Аввакума, хотя они и есть главные герои книги. Роман про русскую непомерную душу.
     Про евразийскую раздвоенность русского сознания, которую удается преодолеть лишь в самые крутые моменты истории. В России не просто живут два русских народа, но и в душе каждого сосуществуют эти два разных начала. Россия мирового замысла, имперская Россия и кондовая, общинная, сокровенная подземная Русь. Как их соединить? "Не напрасно ли мы ширимся, окутываемся чужой верой? …Не лучше ли замкнуться в этом куту, закрыться, переждать? Божье время неиссекновенно. Куда спешить? Не рано ли раздеваемся на посмотрение, себя кажем?" — это из сокровенных мыслей царя Алексея Михайловича, который сам же и поддержал великий раскол во имя величия России. Но приходит время на Руси, когда "дух устроения, государственного стяжания и земельного приобретения, досель спавший в русской груди, вдруг занялся жарким костром и заслонил, сжег в себе все насущные потребы… Под архангеловы трубы, на ангельских крылах слетел на Русь захватывающий, пьянящий дух движения, что рожден был еще не угасшей свободою…" А как расширять свое влияние даже на ту же Украйну, на Белую Русь, ежели у них, как и во всем православном мире, как в Греции и Сербии, все больше разночтений в Писаниях и обрядах? По сути, все нововведения Никона, вызвавшие раскол по Руси, связаны с грядущим имперским взлетом страны. Еще решительнее вел себя Петр Первый, увеличивая государственную мощь России. Значит, пока идет процесс собирания, замыкания на себя, торжествует и национальный русский дух, не приемлется все чужеземное, чужебесное, но коли Русь взмахнула имперскими крылами, надобно учитывать и все иные мировые верования, надобно подчиняться иным правилам. Что сталинский размах державный, что петровский, что вполсилы никоновский, усиливая Третий Рим, придерживают, а то и угнетают Святую Русь. Вот и выбирай…
     Личутинский "Раскол" сам настраивает на мысли о нынешнем обустройстве России. Мне кажется, по его же схеме, сейчас в России на какой-то период будет все более одерживать верх самое глубинное русское самосознание, на весь период выхода из кризиса восторжествует русское национальное начало.
     Утишится раскол в душах русских. Не до Третьего Рима. Период национального самоограничения. И сейчас умный политик должен делать ставку на русскость, на национальные интересы государствообразующего народа. А непомерность русскую держать в государственной узде. Долго ли, коротко ли, придет срок новому взлету, тогда и будем вновь учитывать все мировые интересы. Тогда и появится новый Никон или Петр. А сейчас надобен Иван Калита или Александр Третий, умудрившийся всю свою эпоху царствования обойтись без войн, постепенно собирая могущество России воедино.
     "Раскол" личутинский вышел сейчас в трех томах, как раз накануне шестидесятилетия писателя, которое он отмечает 13 марта. От души поздравляю стариннейшего верного друга, но более всего хотелось бы, чтобы все наши политики, от Зюганова до Путина, от Примакова до Жириновского прочитали бы этот роман. Такую правду о русской душе им ни один политолог, ни один аналитик не расскажет.
     И суровости необходимой и неизбежной поучатся. Пора все дрянное, проснувшееся в человеке в тлетворный ельцинский период, выжигать каленым железом. А на либеральных защитничков, представляющих наш нынешний протестантизм, никакой надеи нет. Они-то и заведут страну в пропасть анархии. Тут как-то намедни обиделся новоявленный русский патриот Карен Степанян, подкармливаемый Соросом, на резкие слова Олега Осетинского. Как это — Ельцина обзывать немощным сердечником, зачем обвинять нынешний режим в воровстве и хамстве? Всю жизнь воюя против русского патриотизма и в "Литературной газете", и в "Знамени", вдруг стал таким крутым патриотом, что даже готов Олега Осетинского отдать на растерзание "солдатам, которые проливают сейчас на Кавказе за нас всех, за Россию свою кровь…" Но не за воров, русских и нерусских, не за березовских и черномырдиных проливают русские солдаты в Чечне кровь… И даже не за нашу нынешнюю расхлябанность и уныние, не за хамство и коррупцию. Они там, в Чечне, сейчас и устанавливают принципы национальной России, с которыми придется считаться скоро всем в пределах России. А наш автор Олег Осетинский, добавлю, сам недавно вернулся из Чечни, где и общался тесно с теми самыми солдатами, которых в глаза не видывал с вершин соросовского "Открытого общества" Карен Степанян. И я не скрываю, для спасения страны, спасения русской нации сегодня необходим период того "сужения русского человека" от его непомерной широты, допускающей в себя все дурное, завезенное к нам за это самое позорное десятилетие существования России. Русский мороз пойдет нам на пользу. Дай Бог только, чтобы вместо Деда Мороза, Мороза-Воеводы не спустился к нам какой-нибудь переодетый Санта Клаус.