|
Чтоб выйти в сад, не нужно и предлога, особенно, когда он у порога старательно и праведно возделан, и потому возлюблен без предела. Чтоб выйти в сад, не нужно и стараться: там множатся миры, цветы плодятся, там гроздья звездные, огрузнув, вызревают, и сам Господь с небес их призревает. Чтоб выйти в сад, достаточно забыться: отчаяться, очнуться, возродиться — как дикая лоза в саду нетленном, стать ласковым — коленопреклоненным. ВЕЧЕРНИЕ КОТЫ из голубой предвечной пустоты где брезжит света золотая завязь стекаются вечерние коты — в мои сады текут переливаясь в саду где каждый шорох безымян где тишину взрывают треск и шелест разносчики серебряных семян плывут по травам как лосось на нерест изогнуты пушистые хвосты текут ни зги собой не задевая неслышные вечерние коты в траве глубокой звезды посевая бесценные небесные дары они на землю волглую роняют в ночных садах где множатся миры где гром гремит и молнии сверкают ВОСПИТАНИЕ САДА чугунный день литой отяжеляет взгляд осотом лебедой не зарастет мой сад он никому не брат не близкая родня на воспитанье взят — а воспитал меня он раньше был нагой а нынче не таков под розовой пургой опавших лепестков и в лондонской глуши изведал он — юнец затмение души — затмение сердец в житейской кутерьме он в мир пробил окно костюм от кутюрье ему к лицу давно среди душистых трав и солнечных порош он стал теперь кудряв опрятен и хорош а родственная связь не ведает границ люблю его трудясь и упадая ниц За этот ад, за этот бред, пошли мне сад на старость лет... М.Ц. она просила лишь сад под старость она просила — а мне досталось судьба могла бы стать посмиренней из всех елабуг — под сень сирени из всех елабуг до края света под сенью радуг — за что все это? в тисках гнетущих для душ невинных в краях цветущих и соловьиных лишь по молебне сад расцветает а город древний — кто был тот знает В мире больших величин — сад мой неразличим. В бездне густой воды так не видать звезды. Если смотреть с небес — виден лишь дол да лес. Там среди бела дня — не разглядеть меня. И не найти следа — это ли не беда? Сад мой держа в горсти — Господи, попусти. сад мой сад вертоград мой зеленый мальчик маленький мой несмышленый рассевающий мрак несусветный мальчик маленький мой безответный до конца своих дней не забуду как молилась я этому чуду как лелеяла нежно растила как тебя от себя отпустила как однажды ушел за невестой мой блуждающий сад занебесный ПЛАЧУЩИЙ САД ...и в даль идет, и плачет, уходя. А.Фет После ливня особенно тесно в саду от цветов — их толпы гомонящей. Я однажды, в калитку войдя, не найду этот плачущий сад, этот сад уходящий. Я однажды войду и увижу навряд золотые цветочные купы. Разве этот поникший и плачущий сад целовала я в росные губы? Только чистого воздуха гулкий глоток там, где жизнь ликовала. Как безумная, каждый расцветший цветок я тогда целовала. Как знакома мне эта телесная дрожь, призрак страсти усталой — несносен. Сад проходит как ливень, сад проходит как дождь — осень. Так случилось, что сад завели на другой половине земли. В землю врос, возмужал, пообвык, откликался на русский язык. Сад с загадочной русской душой, но возрос на чужбине чужой. Ублажали, поили с лихвой, но ему захотелось домой. Умощали и стригли траву, но он грезил, как был, наяву. То ли ветром его унесло, но взлетел он — и лег на крыло. Затерялась меж звезд, не оставив следов, перелетная стая садов. Когда судьба с ума сведет тоскою хладнокровной, наладить сад — и пусть цветет постриженый и ровный. Во времена крутых надсад куда нам всем деваться? Но и тогда попробуй — Сад создать и любоваться! ВСЕ ЦВЕТЕТ И бездна цветет нескрываемым цветом: там сад малахитовых нежных трясин. Ты может забыла, так вспомни об этом: как радужно пахнет цветущий бензин. И черная прорва, виясь и сплетаясь, ветвится, растет в сопредельных мирах, так бархат струящийся, переливаясь, оттенками ночи цветет в зеркалах. Но есть ли цветок и нежней, и укромней, и нерукотворней на взгляд и на вид, чем лотос раскрывшейся каменоломни, где розовый мрамор и лунный нефрит. ДЕРЖА МАРГАРИТКУ О жизни на юру поведаешь навряд... Как мерзнет на ветру осоловевший сад! А некто — невзначай — в мою стучит калитку и держит — о, печаль! — сухую маргаритку. Как музыка звучит в соседях — тяжким роком... А он опять стучит — как будто ненароком какие-то нито случайности сличает. Тот некто — как никто! — томится и скучает по мне ли, по себе ль — по юности ушедшей... Бушует — си бемоль! — со страстью сумасшедшей. Кто бухает, дрожа, в разбухшую калитку, в одной руке держа сухую маргаритку? Зачем нам эта боль — воспоминаний свора: и страсти си-бемоль, и слезы ре-минора? Все вздыбится, взойдет грядущею весною, как маргаритки под — кладбищенской стеною. вот дикий сад чужой души заброшенной безлюбый неухоженный безликий жасмином и сиренью запорошенный малинничий колючий ежевикий войдет ли кто неробкий и непрошенный в зеленый мрак во мглу забытых истин хрустит внизу как ледяное крошево густой настил из лепестков и листьев его тоска неявно ненамеренно от страха увеличится стократно и потому я вовсе не уверена: войдет ли кто — и выйдет ли обратно |