Author: Никуолай Переяслов
Title: ЖИЗНЬ ЖУРНАЛОВ
No: 13(43)
Date: 10-07-2000

     
     Давно не читал такой интересной, умной и не оглядывающейся ни на какие авторитеты критики, как в только что вышедшем в городе Северодвинске журнале "ГИПЕРБОРЕЙ" (№ 2, 2000). Ранее я уже кратко говорил о первом номере этого издания, обозначенном его издателями как "Журнал общественной мысли, литературы и искусства", что он не только декларирует возрождение критической мысли, но и выстраивает свою концепцию "в соответствии с необходимостью отражения литературно-художественного процесса и его осмысления". Второй номер подтверждает избранный редакцией курс, убедительно показывая, что российская наша провинция относится к современной отечественной литературе отнюдь не как к игре в солдатики и, любя и ценя способность некоторых авторов закрутить лихой рыцарский сюжет с увлекательной интригой, ждет от писателей земли русской всё же не копирования голливудских шедевров, а прежде всего глубинного исследования тайн человеческой души и ответа на то, что же с нами происходит в настоящее время...
     Правду сказать, мне и самому давно уже странно, что современных писателей не интересует такая по-дантовски необъятная тема, как исчезновение целого народа, потеря им своего менталитета и превращение сразу полутора сотен миллионов человек из потомков и наследников вчерашних героев, святых и гениев в неких рядовых пожирателей хот-догов, сникерсов и баскин-роббинсов. Неужели же, наблюдая этот апокалипсический процесс реформирования России и в немалой мере являясь его непосредственными участниками, можно спокойно сочинять романы и повести чисто РАЗВЛЕКАТЕЛЬНОГО характера?..
     Да, говорит нам в статье "Литература или игра?" Андрей Рудалёв, да, многие писатели преспокойно сочиняют свои повести по принципу построения модных у нынешней молодежи компьютерных игр, где единственная возлагаемая на главного героя задача это — пускай и во имя декларируемой борьбы со злом — совершение главным образом ФИЗИЧЕСКИХ подвигов, во время которых он, орудуя не столько головой и душой, сколько мечами, кулаками и пистолетами, до бесконечности перемещается (словно с одного уровня компьютерной игры на другой) из главы в главу или из романа в роман, добивая и так никогда и не умея до конца добить размножающихся вокруг него, как тараканы, злодеев. Наверное, потому никогда и не могут быть доведены до полноценного в художественном смысле финала романы про Слепого, Бешеного, Конана, Каменскую и других функционирующих на уровне компьютерного героя персонажей, что совершаемые ими единственно на материальном уровне подвиги носят характер накопления призовых очков, которые обеспечивают не победу, а всего лишь переход на новый уровень игры, где героя ожидают встречи с новыми, более сильными, более жестокими или более многочисленными противниками.
     Такова по своему характеру и книга Александра Тутова "Ледяное дыхание", которую разбирает северодвинский критик, говоря, что включенные в нее произведения — это "скорее сценарии, постановка некой игры, где ветхие декорации сменяют реплики персонажей, каждый ход обстоятельно комментируется, а также сопровождается указаниями расстановки фигур..."
     Самое главное, что увидел (и не побоялся об этом сказать!) Андрей Рудалёв, — это то, что "несмотря на многочисленные тирады с неизменно возвышенным пафосом о духовности, исследовании глубинных проблем этического, религиозного порядка, на поверку мы видим увлечение чисто внешней и часто сильно субъективно окрашенной атрибутикой..." Иными словами, статья Рудалёва говорит о том, что проза Александра Тутова слишком далека от реальной жизни, а потому напоминает собой яростный поединок фехтовальщика, отчаянно сражающегося со страшным... соломенным чучелом. Ну, а супротив-то чучела отчего ж и не похрабриться?..
     Примерно такова же по характеру и статья Евгения Белиоглова "Как закалялись пунцовые шарики", посвященная четкому и строгому анализу книги Ангелины Прудниковой "Твердость по Бринеллю", в которой он без всяких экивоков говорит о мертвенности прозы архангельской писательницы, сводящей все свои произведения к формуле: "Все мужики — сволочи".
     Однако, при всей нелицеприятности данных статей для авторов разбираемых в них произведений, нельзя не почувствовать такого их качества, как несомненная ПОЛЕЗНОСТЬ сказанного для молодых писателей. И уж если они и на самом деле наделены литературным талантом, то проявить глухоту и продолжать писать по-прежнему после таких разборов, кажется, больше уже не должны. Во всяком случае, отметившая недавно свое семидесятилетие "ЛИТЕРАТУРНАЯ УЧЕБА" из года в год как раз и отдает половину своих страниц на то, чтобы объяснить своим читателям, что в литературе является настоящим, а что — так, бутафория...
     Вот и в только что вышедшем из печати третьем номере этого интересного и насыщенного журнала продолжается эта традиция — подборку стихотворений самобытного кустанайского поэта Сергея Лешакова сопровождает аналитическая статья Константина Кравцова, любопытный рассказ Николая Устьянцева "Две фотографии" (о том, что любой из наших случайных попутчиков в поезде может оказаться нашим БРАТОМ) "подпирает" разбор Олега Столярова; статья Андрея Вяльцева "Когда хор покидает орхестру" посвящена современной российской поэзии, а статья вашего покорного слуги "По былинам сего времени" говорит о том, что за последние десять лет в России появилось поколение, выросшее не на сказках Пушкина, а на мультиках Диснея, и для того, чтобы литература могла на него оказывать воспитательное влияние, ей просто жизненно необходимо находить более СОВРЕМЕННЫЕ литературные формы и творческие методы.
     Но СОВРЕМЕННЫЙ — это вовсе не обязательно по-модернистски необычный или напичканный модными сегодня эротическими сценами, убийствами, нецензурной лексикой и постмодернистским иронизированием, современный — это значит СВОЕВРЕМЕННЫЙ для сегодняшнего общественно-политического момента и для сегодняшних духовно-эстетических и нравственных исканий народа. И в этом плане я бы с равной уверенностью отнес к разряду современных и журнал "СИБИРСКИЕ ОГНИ", в первом номере которого за этот год опубликовано начало любопытного, необычного именно в формальном отношении романа Виорэля Ломова "Мурлов, или Преодоление отсутствия", про который не сразу-то и скажешь конкретно: реализм это или фантастика; и журнал "РОДНАЯ КУБАНЬ", ставящий такие, не менее "виртуальные" вопросы как в статье А.В. Карташова "Был ли апостол Андрей Первозванный на Руси", печатающий стихи-видения Николая Беседина о Вифлееме и рассказывающий о таких удивительных явлениях, как в статье А.В. Дьякова "Мироточивая икона царя-мученика".
     Не прекращает поиски своего лица и журнал "ВОИН РОССИИ", в № 6 которого за этот год опубликованы всегда спорные рассказы Вячеслава Дегтева, запоминающиеся стихи Владимира Бояринова ("...Тебе подумалось — я плачу. А я пою!.."), нестареющая проза Андрея Платонова, очерки Л.Горового, Ю.Захватовой и некоторые другие материалы, выводящие журнал из рамок сугубо военной ведомственности на простор общечитательского интереса.
     А вот в принесенном вчера Сегенем в Союз писателей шестом номере "НАШЕГО СОВРЕМЕННИКА" первым делом накинулся на "Дневники" Сергея Есина — просто чувствую, как не хватает сегодня литературных воспоминаний, написанных представителями патриотического крыла. До недавних пор жанр мемуаристики был почти полностью в руках Вознесенского, Евтушенко и иных западников, без устали поставлявших читателю то "На виртуальном ветру", то "Волчий паспорт", то "Тьмы низких истин", которым противостояли только дробные, одно-двухстрочные (а потому и не составляющие необходимого противовеса) записи "Дневников" Владимира Гусева. И вот, наконец, начали печататься равнозначные воспоминания — сначала Станислава Куняева, потом Михаила Лобанова, и теперь Сергея Есина. Думается, что это сегодня тоже весьма своевременно, а потому — и СОВРЕМЕННО.