Author: Дмитрий Балашов
Title: В ЭТО АДСКИ ТРУДНОЕ ВРЕМЯ (Последняя, ставшая предсмертной, публикация писателя, посвященная 60-летию журнала "Север")
No: 14(44)
Date: 08-08-2000

     
     Я познакомился с "Севером", с его небольшой и какой-то удивительно дружной редакцией и начал печататься в нем, когда еще журнал назывался "На рубеже" и возглавлял его незабвенный Дмитрий Яковлевич Гусаров, ветеран прошедшей Великой войны, спокойный и тихий человек, возможно, именно в силу этого спокойствия своего умевший добиваться от весьма своеобразного, чтобы не сказать больше, тогдашнего партийного начальства Карелии нужных русской литературе решений.
     Кстати, нынче ругать партию стало хорошим тоном (когда бездельничаешь и распродаешь государство, очень нужно кого-то прежнего ругать и утверждать, как язвительно замечал Л.Н. Гумилев, что "а крестьяне жили хуже"). Так вот Гусаров был коммунистом. Меня неоднократно именно коммунисты спасали от беды, и я убежден, что "разрез" общества идет не по линии партийности или беспартийности, а по линии наличия или отсутствия трех признаков: мужества, культуры и патриотизма. Членом партии был и деятельно помогавший работе журнала Станислав Александрович Панкратов, как раз и предложивший сменить название "На рубеже", обязывавшее к достаточно узкой пограничной тематике, на нейтральное "Север" — название, под которым журнал смог стать рупором ряда северных областей России: Мурманской, Архангельской, Коми АССР, Вологодской и даже Новгородской, Псковской и Костромской. Почему этого не получилось, точнее, получилось не вполне, это уже другой вопрос, которого касаться не будем.
     Журнал живет сейчас, в это адски трудное для литературы время, при нынешнем главном редакторе Олеге Назаровиче Тихонове и продолжает порою удивлять читателя смелостью и художественной глубиной своих публикаций. Надеемся, веруем, что литературное, как и политическое, лихолетье кончится, истинная (не детективно-развлекательная) литература вернет свои позиции, и — как знать? — возможно, тогда журнал действительно станет объединять писателей севера России!
     Во всяком случае, "Север" может гордиться тем, что он "вывел в люди" вологодского, теперь уже общерусского писателя Василия Ивановича Белова. И в какие трудные годы! Сколько такта, умения, настойчивости потребовалось Дмитрию Яковлевичу Гусарову, чтобы пробить стену тупого начальственного непонимания. Кстати, далекость российского начальства от литературы — почти постоянная беда России. И как же облегчается литературный процесс, когда во главе администрации оказываются люди, к литературе близкие, тем более — способные отличить талант от посредственности! "Север" первым напечатал и мурманского писателя Виталия Семеновича Маслова, который с художественным талантом соединяет бурный темперамент общественного деятеля.
     Ну, и меня, грешного, первым стал печатать именно "Север", именно Гусаров, и было это непросто и для него! Сейчас уже в качестве анекдота можно рассказывать, как целый номер "Севера" был уничтожен из-за того, что в нем оказалась напечатана невинная юбилейная статья о Балашове. Или что тогдашний секретарь по идеологии Карельского обкома Киуру требовал сжечь весь тираж моего романа "Младший сын" (сто тысяч книг!) — первого романа ныне признанной серии "Государей Московских". И ведь печатались! И ведь книги выходили! И ведь тот же стотысячный тираж "Младшего сына", срочно выброшенный директором книготорга на прилавки, был распродан в Петрозаводске за три дня! Похоже, "демократы" нашли гораздо более действенные способы удушения русской литературы! Сейчас и тиражи те, прежние, воспринимаются как сказка. Три-пять тысяч от силы...
     Ну а "Север" все живет. И вижу, прикрыв глаза, серебряную даль Онего, противоположный берег Петрозаводской губы, Ивановы острова на неразличимом крае воды и неба и отчетливо понимаю, что это любовь, та, которая не кончается никогда. Любовь к дивной природе нашего Севера и к журналу "Север", иные публикации которого — не стану перечислять! — запомнились на долгие годы. Ибо часто, очень часто этот зело не великий по тиражам журнал оказывался на переднем крае, на рубеже: и тогда, когда выходил в нем страшный партизанский роман самого Гусарова, и тогда, когда рассказывалось об "афганце", рискнувшем вернуться в заброшенную родную деревню. Вернулся, создал хозяйство и погиб под грузом рухнувшей на него совокупной административно-бандитской системы, для которой по какому-то немыслимому психологическому выверту главным врагом является труженик, а главным другом — тунеядец и вор. Страшная повесть! Первая в ряду схожих с нею. И написанная с краткостью истинного таланта — ни слова, ни сцены лишней. Но ежели начать перечислять все значительные публикации "Севера", бумаги не хватит! Хороший журнал, добрый журнал. Для меня лично — неразрывно связанный с моею затянувшейся молодостью и зрелостью, уже на излете которой мне — и не по своей воле! — все-таки пришлось покинуть Карелию. Но в "Севере" печататься я продолжаю и каждую поездку в Петрозаводск воспринимаю как праздник.
     Ну, и что могу пожелать "Северу" впредь?
     Жить! И дожить до благодетельных перемен, которые должны наступить обязательно, иначе нам предстоит погибнуть всем, и правым, и виноватым.