|
Взрывая ночь весеннюю, земля взлетает ввысь — о Сербии, о Сербии молчи. Или молись. На крестный ход зовущее весь православный свет да здравствует созвучие сбивающих ракет. На юге и на севере сражается наш взвод. Спаси, Россия, Сербию, а Бог тебя спасет. Красный октябрь закончился черным цветом, черный октябрь закончился красным снегом, и каждый раз это был конец света. Но твой октябрь был просто концом лета, когда появилась ты, Елизавета... Три октября — для меня очень много это. Нет, уже не набрать высоты — солнце скрылось, подрезаны крылья. Перед взлетом у белой черты настигает пилота бессилье. Командир эскадрилии, ас — он такое выделывал в небе, а земля без любви и без ласк стала горькой, как сорванный стебель. А пилот — не старик, не лентяй, и без неба ему не живется... Я прошу тебя, летчик, взлетай, если жизнь для полета дается! "Завтра", июнь 1997 г. |