Title: НЕПЕЧАТНОЕ (Русская литературная Сеть о себе)
No: 11(87)
Date: 10-11-2003

     
     О таком явлении как сетевая литература нельзя говорить просто как о литературе в силу разнородности авторов, в ней присутствующих, и неоднозначности произведений, размещаемых ими в виртуальных пространствах. В частности, поэт и прозаик Дмитрий Быков на круглом столе, проведенном на фестивале, назвал ее вторичной... На заре третьего тысячелетия альбомная лирика плавно перекочевала на страницы интернет-сайтов и вэб-страниц, при этом, нимало не смущаясь массовости, она заявляет о себе как о некоем новом явлении.

Неожиданные опасности

     
     Сегодняшний литературный бум, происходящий в Интернете, не имеет аналогов в истории русской литературы. Количество авторов только одного ресурса Национальной Литературной Сети (НЛС) — Стихи.ру — перевалило за 40 тысяч. Все чаще у авторов, впервые опубликованных и получивших признание прежде всего в Интернете, выходят книги в офлайне. Регулярно публикуются сборники произведений лучших сетевых авторов. Появился специализированный бумажный журнал "Сетевая поэзия". А книги и журналы — это уже повод говорить не просто о хороших стихах, об интересных авторах, но и — о тенденциях, о движении, о перспективе. Количество неизбежно должно переходить в качество. И это качество, этот результат сетевого литературного процесса — должны отражаться прежде всего там, где они возникли. То есть — в Сети.

Андрей Коровин, главный редактор электронного журнала Литер.ru

     
     Согласись, это перефразированное мною изречение древних звучит убедительно: "Каждый должен возделывать свой сайт!" Здесь мы, между прочим, близки, с той разницей, что на стихире — торжество демократии, а у меня — монархия; чиню свой произвол, как хочу...

Из беседы Игоря Высоцкого (oempyros.ru) с Дмитрием КравЧукОМ (stihi.ru)

     Я не считаю, что есть "сетевая литература" и "сетевые авторы". В той же степени есть художники, пользующиеся березовыми подрамниками, и я как искусствовед решительно протестую против классификации художников по подрамникам.

Вадим Гущин

     
     Сеть вносит существенные коррекции в прагматику литературы, способ ее взаимодействия с аудиторией, изменяет сами понятия авторства и аудитории, но не задевает сущности явления. Настоящая Сетература — игры, креативные среды. Всё прочее — Не(доли)тература.

Р_Л

     
     98% процентов пишущих работают в диапазоне от "очень плохо" до отвратительно". Как же без отбора? Другое дело, если проект существует принципиально как свободная трибуна. Но тогда не отыскать хороших текстов в куче ерунды. Это борхесовская Вавилонская библиотека: всего много (у Борхеса — бесконечно много), но отличить, где правда, а где ложь невозможно.

Александр Левин

     
     На сегодня лицо Рунета весьма неприглядно (тот, кто немного погуливает по англоязычным или ивритоязычным сайтам, не может не заметить разницу). Уровень хамства и бесцеремонности беспрецедентен. Такого рода выпады можно увидеть только на форумах, где сталкиваются политические противники, типа ирландцы-британцы, или арабы-израильтяне. Но нигде и никогда люди собирающиеся "по интересам", как, например любители литературы на Тенетах, не честят друг друга с такой злобой и так по-жлобски.

Яков Шехтер

     
     Лицо русскоязычного литературного Интернета сегодня определяет депрессия Сети в целом, и в России в частности. "Чайник" прибывает и прибывает, причём быстрее, чем профи и полупрофи. Литературные конкурсы передушили друг друга, участники разочарованы — ни денег, ни славы (по крайней мере больших и скорых), игрушка надоела. Обострилась конкуренция среди серверов со свободной публикацией, возникла мода на создание таких серверов (я знаю штук 5-10). Практически все профи сконцентрировались на РЖ+журнальном зале и Вавилоне, что углубляет разрыв между профессиональной и любительской литературой.

Леонид Делицын

     
     Размывание барьера, разделяющего публикацию и непубликацию, взаимная диффузия читательского и писательского контингентов — очень важные и интересные процессы. Тут много аспектов, вот один, например: доступность публикации увеличивает число пишущих, а человек пишущий — гораздо более качественный читатель, чем не пишущий. Точно так же, как если вы хотя бы немножко на чем-нибудь играете и разбираете ноты, вы получаете гораздо больше, слушая музыку, чем музыкально неграмотный слушатель.

Дмитрий Манин

     
     Наш молодой сетевой автор читает других сетевых авторов вместо классиков и современников (в реале). Пастернаку он предпочитает Бориневич и так далее. Соответственно формируется его вкус как автора, редактора или критика, его humble opinion. Воможно, наш AвторX полагает, что уже прочел классиков — по школьной программе или из собственного интереса. Наиболее известных и вряд ли это были собрания сочинений в академическом издании, ну да неважно. Важно то, что в классику можно вчитываться всю жизнь, постигать вновь и вновь, выходя на новые уровни познания. Вместо этого сетевой автор ориентируется на сетевую же литературу, что сознательно или подсознательно обусловлено, как было показано выше, его общением с коллегами, поиском читателя, его интеграцией в мир сетелитературы.
     Что читается — выяснили. Как происходит чтение? По поверхности. Время-деньги, что в Интернете абсолютно буквально, кроме того времени нет — надо читать других, общаться, писать отзывы... Следовательно, чтение превращается в быструю пробежку по тексту: зацепит — не зацепит, понятно — непонятно (такая практика влияет, в свою очередь, на собственное творчество, которое тоже может стать поверхностным, неглубоким, буквальным).

Евгений НИКИТИН

     
     Сейчас, на мой взгляд, в Интернете происходит смена поколений. Те, кто начинали: Делицын, Житинский и другие — понемногу устают: бывшие когда-то весьма популярными литобъединения заглохли, ведущие сетевые лит-конкурсы год от года функционируют со все бОльшим скрипом. Самые старые из сетевых журналов: "Словесность", "Вавилон", "Лавка языков" и пр. — которые когда-то были в центре активных дискуссий, "академизируются" и уходят в совершенно иную плоскость, замыкаясь в себе. Поскольку все сетевые проекты всегда носили сильно личностный характер, маловероятна реанимация старых проектов новыми энтузиастами. Значит, следует внимательнее приглядываться к проектам новым — "Вечерний Гондольер", "Периферия", например,— именно они и определят, что будет происходить в Рулинете в дальнейшем.

Георгий Жердев

     
     Интернет — не библиотека. Настоящая библиотека имеет анонсированные и структурированные определенным образом систематические каталоги. И еще..., например библиотека Конгресса США не принимает что попало в свои хранилища...

Баос

     
     Хотим мы этого, или нет, но рано или поздно публикация на каких-то сайтах будет приравниваться, или даже иметь большее значение, чем издание книги. Просто сейчас происходит процесс создания этих сайтов. Представьте себе застройку деревянными домами территории около Москва-реки. Ни один из этих домов до нашего времени не дожил, но закладка Москвы происходила в тот период. Так и закладка виртуального пространства литературы — неминуемо это произойдет, и если сейчас престижно опубликоваться на бумаге, то потом будет более престижно отсканировать свою книгу и разместить на определенных сайтах. Не на всяких, но на определённых. Как это произойдёт, мы не знаем, но то, что это произойдет оспаривать нелепо. Жизнь докажет эту истину.

Вадим Жмудь