Author: Илья Сухарик
Title: БИСЕР
No: 3(91)
Date: 15-03-2004

     
     ДУРАК
     
     Ночь, дорога, облака.
     Канава грязная.
     Уронили дурака,
     Кто не знаю я.
     Разошлись в апреле швы.
     Нитка грубая.
     Смотрит морда, с головы
     Вся безгубая.
     Я творенье неизвестного мастера,
     Нарисованы глаза мои фломастером.
     Руки-ноги гвоздиком приколочены,
     Валяется дурак в кустах у обочины.
     Лежу песню пою.
     Зарос бурьянами,
     Мохом, плесенью,
     Травами вялыми.
     Так лежу в канаве зябну и валяюсь я,
     А вокруг меня октябрь разгорается.
     
     Вода леденцами зелеными, синими.
     Деревья лимонами, апельсинами.
     Земля шоколадными кремами нежными.
     Небо сливками белоснежными.
     
     Плавники бы мне да жабры,
     Я бы сразу в пруд.
     Всех бы раков распугал
     На сотни верст вокруг.
     Мне на пятки бы пружины,
     Зычный голос мне,
     Я бы прыгал да кружил
     С диким гуканьем.
     Мне б пожарников пугать
     Всяких пьяных.
     Подосиновики рвать
     На полянах.
     Трогать хвостики
     Поросятам розовым,
     Полоскать носки
     В соке березовом.
     Размахнуться, да вина полный живот налить,
     Не во львиную мощь, так в обезьянью прыть.
     Только я непьющий.
     Я совсем не пью.
     Чую, обвивает плющ
     Жопу голую.
     Так лежу и пою злую песню свою.
     Иссушает люфт душу медлительностью.
     Тараканы по руке, словно током трясет,
     И размокшими бычками провоняло все.
     Свечерело. Полутрезвый, полусытый я.
     Раздаются в коридоре шаги сердитые.
     Лицо недовольным изгибом дуется,
     Запахом пропитанной осенью улицы.
     
     Запахом березы ветви срез живой,
     Запахом с мороза масла свежего.
     Словно темной ночью в троллейбус влезть,
     Словно вдруг почуять, что согрелся весь.
     Как увидеть, что вода на солнце синяя,
     Как найти огромный гриб подосиновый,
     Как на рассвете вдруг понять, что выспался,
     Как в ладонь твою цветастый бисер высыпать.
     
      ДАГОР ДАГОРРАТ
     
     На берегах Замбези ночь, зима.
     Дырявым фарфором онемели дома.
     Метро закрыто. Я бы конечно дошел,
     Но мое "дошел" еще не значит хорошо.
     Хорошо, хоть холодно, а не свежо.
     Кто-то мусорный ящик поджег,
     Я грею руки на шершавых боках.
     Мое бремя выносимо, моя ноша легка,
      Ведь я ожидаю Дагор Дагоррат.
     
     Вокруг, как останки ископаемых рыб,
     Скелеты елок в чешуе мишуры.
     Внизу развязались, замерзли шнурки,
     Вверху утомившийся город cпит.
     Я прокурен, проколот, побит и помят,
     Я лелею свои сгнившие костыли,
     Но сейчас я единственный выживший солдат,
     Стоящий одиноким пупом земли,
      И я ожидаю Дагор Дагоррат.
     На замерзшей стене написано fuck,
     Скрючившись, как рак, я выдуваю табак.
     В разбитое окно наблюдает луна.
     Во всем мире не спим только я да она.
     Мне плевать на двадцать градусов и снежную пыль.
     Я бомба и я готовлю фитиль.
     У помойки, ссутулился, чтобы не дуло,
     Прикурить от тлеющей ножки стула.
     Дым выдувая и с криком "Ура!",
     Я начинаю Дагор Дагоррат,
     Я приближаюсь к Дагор Дагоррат,
     Я прикасаюсь к Дагор Дагоррат,
     Я погружаюсь в Дагор Дагоррат,
     Я растворяюсь в Дагор Дагоррат.
     
     И вот я вижу его в багровом рассвете,
     В каждом стылом подъезде, в каждой старой газете,
     Я читаю его в ваших следах на снегу
     И в рельефе своих обмороженных губ.
     Город спит, хоть новый год начался
     Не месяц назад, а только сейчас.
     Я сочиняю песню, у меня время есть.
     мне идти еще километров шесть.