Author: Олег Бородкин
Title: В ПЛАСТМАССОВОМ МИРЕ
No: 4(92)
Date: 19-04-2004

     
     ***
     не то чтобы поддельная зима,
     но нет морозов, только снег и снег.
     мне не хватает, видимо, ума
     прожить безбедно свой короткий век.
     
     а то и вовсе оттепель. вода
     по улицам противно потечет.
     я всё-таки рискую иногда.
     в бездействии отсутствует почет.
     
     испорчен климат. слюни, сопли, грязь.
     под утро подморозит — будет лед.
     не вышел снова Бог со мной на связь.
     от гриппа ем чеснок и реже — мед.
     
     от мыслей, впрочем, пухнет голова.
     люблю неблагодарный этот труд.
     и носишь по редакциям слова.
     смеялись раньше, нынче же — берут.
     
     в Литературке дали гонорар.
     вот в Дне литературы не дают.
     метет. полно средь дворников татар,
     таджиков, русских, есть и прочий люд.
     
     с машины в сотый раз счищаю снег.
     на лыжах бы, в деревню, в поле, в лес!...
     писатель — очень хитрый человек:
     из графоманов в гении пролез.
     
     
     ***
     спасенье в электричестве. бензин,
     сгорая, сами знаете, чего.
     а также самолетный керосин...
     в остатке СО2 и Н2О.
     
     спасенье неизвестно даже в чем.
     в холодном ветре, в снеге и дожде...
     в здоровом сексе, в пытке ноябрем,
     в чистейшем спирте, в правильной еде...
     
     в арийской крови в жилах у славян.
     в хазарской крови в жилах у мордвы...
     но к вечеру усилится туман,
     и вряд ли на машине из Москвы
     
     легко ты сможешь выскочить за МКАД.
     в железной мы погрязли суете.
     жизнь — это давка. воздух — это яд.
     а правда — вой на гнусной частоте.
     
     и ложь, конечно, часто дикий бред.
     по данной части наш начальник спец.
     нордический мы шлем ему привет.
     увы, вдали маячит лишь крындец...
     
     когда-нибудь здесь кончится бензин,
     иссякнет газ, последний электрон
     уйдет под землю... вырубкой осин,
     берез, ольхи... охотой на ворон,
     
     собак займется весь электорат,
     впадая иногда в каннибализм.
     недаром время двинулось назад,
     и сделался регресс. капитализм.
     ***
     трубы у нас не лопаются от морозов.
     
     жены не изменяют с друзьями детства.
     
     кошки не тырят куски со стола.
     
     псы не храпят под дверью
     и не едят дерьмо.
     
     здесь ни одно существо
     больше не жрет дерьмо.
     
     нет никакой инфляции и порнографии.
     
     бабки не слишком старые.
     
     много машин,
     но в каждой приятно сидеть.
     
     водка дешевая и очень хорошая.
     
     хлеб — только что из пекарни.
     
     бисексуалы консервативны
     и родины не предадут.
     
     все, улыбаясь, дают
     друг другу на чай.
     
     никого не тошнит.
     
     никто не болеет.
     
     никого не хоронят,
     поскольку никто
     и не умирает.
     
     только кривая рождаемости
     лезет и лезет вверх.
     
     есть города-побратимы.
     
     это Нью-Йорк, Стамбул, Мехико и Пекин.
     
     ***
     в пластмассовом мире стараешься быть деревянным
     и верить: Земля — это диск, но, конечно, не шар.
     тебя здесь напутствуют часто напутствием бранным,
     и снится тебе по ночам интересный кошмар.
     
     а в небе в обычном порядке гуляют светила.
     народы привычно долдонят Талмуд и Коран,
     в которых содержится много эпической силы.
     тебе же по нраву пейзажи нордических стран.
     
     ты любишь холодную зиму и теплое лето,
     ты любишь месить сапогами осеннюю грязь.
     побыть иногда небессмысленно в шкуре аскета —
     полезней, чем с кем-то вступить во внебрачную связь.
     в пластмассовом мире всё время боишься подделок
     и хочется плоских равнин без искусственных гор.
     и пламя костра эстетичней огня из горелок.
     и лучше ворует ни разу не пойманный вор.
     
     здесь лохов по-прежнему держат начальники в страхе.
     и, банду тупых астрономов бессовестно зля,
     стоят три слона на огромной, как танк, черепахе,
     и к спинам слонов приспособлена наша Земля.
     
     
     ИЗ ЦИКЛА “МАНИЯ ВЕЛИЧИЯ”
     
     
     ***
     среди поэтов русских есть подонки,
     среди нерусских — все до одного.
     а, скажем, взять любую поэтессу —
     в натуре исключительное чмо.
     
     я так устал и мне неинтересно,
     кому какой вопьётся в темя клещ.
     вообще не троньте грязными руками
     поэзию. она — святая вещь.
     
     по свету бродит много разной швали,
     друг другу эта нечисть смотрит в рот.
     беда, когда суёт себя в искусство
     моральный и физический урод.
     
     бездарность, между прочим, агрессивна:
     всем хороша и пишет лучше всех.
     подите к чёрту, мерзкие ребята!
     и видеть, и читать вас — просто грех.
     
     судить людей дано мне свыше право.
     я дряни, как известно, не терплю.
     и, если уж хвалю, всегда за дело.
     но редко я кого-нибудь хвалю.
     
     ***
     я старый, лысый, жирный и тупой,
     слепой, недружелюбный и скупой,
     я матерюсь и не читаю книг,
     но как поэт — по-прежнему велик.