Author: Сергей Данилов
Title: ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ
No: 7(95)
Date: 21-07-2004

     
     Уважаемая редакция! Я — кумандинец. Вам слово кумандинцы ничего не говорит, а между тем Владимир Чивилихин когда-то писал: "Мечтаю выбрать время, связаться с учеными да поискать кумандинцев — не может быть, чтоб в Сибири их не осталось". Кумандинцы — исчезающий древнейший народ Центральной Азии, численностью менее полутора тысяч человек. Как, почему это произошло — долгий разговор. Бился за нас, поднимал вопрос перед властями о нашем бедственном положении известный ученый, этнограф и историк Лев Гумилев (сын великого русского поэта Николая Гумилева и Анны Ахматовой). Ныне нет ни Чивилихина, ни Гумилева, царство им небесное. Но ведь это были русские дворяне, люди чести, много ли сейчас таких найдешь? Не об этом я хотел написать, да сбился, что плакаться, разве на одних кумандинцев нынешние власти наплевали, на всех наплевали.
     Сейчас близится юбилей Василия Макаровича Шукшина, которого мы, кумандинцы, считаем своим (да он кумандинец и есть по отцу), хотел опубликовать стихотворение его памяти, но нигде на Алтае не хотят публиковать. Я им говорю: сволочи, вы же его при жизни топтали, не давали дыхнуть, а теперь и память его приватизировали. А мне охота, чтобы люди узнали живого Шукшина, а не сиропного. Тут мать моя подошла, начала ругаться на меня: зачем пишу, что Шукшин по отцу был кумандинец? Это ведь народная легенда, жена, дочки обидятся. Да хрен с ними, пусть обижаются, а о тюркских корнях Шукшина первым написал алтайский писатель Бронтой Бедюров в своей книге "Слово об Алтае", да и сам Василий Макарович как-то в интервью обмолвился.
     
     ПАМЯТИ ШУКШИНА
     
     Наворочено так, не поднимешь,
     Вспоминают, кто может и как,
     А Егор твой Прокудин с "Калины..."
     Всё никак не идет в березняк.
     
     Все стоит он и курит спросонку
     И "красиво" не может упасть,
     И березы в родимой сторонке
     Плачут критикам тонким не в масть.
     
     И не могут сказать ведь, заразы,
     Про несбывшихся песен мечту.
     Наша память, как торт по заказу,
     С каждых годом все слаще во рту.
     
     Бронзовеет скуластый твой облик
     Медальонно-чеканный ВАН ДАММ
     "Оселок — это маленький ослик,
     А не то, что вы знали, мадам ".
     
     Присобачено мертво к портрету
     Слово "классик ", уже не содрать.
     Почитателей чуть не полсвета,
     И поклонников не сосчитать.
     
     И уже подновили пейзажи,
     И Егор уже снял кирзачи,
     Принаряжен, готовый к продаже,
     Только трактор тихонько урчит.
     
     И у нас к юбилею готово
     Фраз сиропных избыток давно.
     Животворное русское слово
     Словоблудием загрязнено.
     
     И не встанет Шукшин посредь пира,
     Не пугнет матюгом по толпе,
     Чтоб замолкла бездушная лира
     Пред гармоникой в сельской избе.
     
     И не скажется в пьяном застолье
     Как в далеком забытом кино
     Сокровенное: "Дал бы вам волю,
     Да пропьете ее всё равно".
     
     И погаснет эфир черно-белый,
     И заснут земляки сладким сном.
     И зардеет калиною спелой
     Палисадник под нашим окном.