Author: Борис Споров
Title: ЛАНДЫШИ (Песни неволи)
No: 12 (160)
Date: 23-12-2009

     
     Памяти Ю.К. Тола-Талюка
     
     – 1 –
     Ландыши, ландыши, ландыши...
     Ласковый тихий свет.
     Ландыши, белые ландыши –
     Память минувших лет.
     
     – 2 –
     Милая, помнишь Малахово –
     Просеку, лес и луг?
     Как ты восторженно ахала –
     Море цветов вокруг!
     
     Помнишь, наверно, помнишь:
     В ландышевом снегу
     Розовым цветом шиповник
     Лёг в очертания губ...
     
     (Нет, не расскажут строки:
     Было, а вдруг – во сне?!)
     Боже, как мы жестоки
     К юности и весне.
     
     Губы девичьи губы –
     Робкая в теле дрожь...
     Был я, наверно, грубый;
     Сеял, наверно, ложь...
     
     В небе хмельная просинь
     Жажду мою утоли!
     И кто-то ландыши бросил
     В губы твои…
     
     Только теперь о многом
     Выпало сожалеть
     И за уральским порогом
     Совестью переболеть.
     
     Мир оказался строже –
     Весь он в огне и льду.
     А думалось: "Ну и что же –
     Повернусь и уйду!"
     
     Уйду без твоей подачки
     Этапом уйду в затвор –
     Туда, где Россия плачет
     И пляшет отчаянно вор!
     
     Уйду рабом-властелином
     В манящую жизни даль!..
     Как в коридоре длинном
     Замерли поезда.
     
     И кто-то окликнул смело,
     И кто-то руку подал:
     На дело.
     На дело?
     На дело! –
     И кто-то – продал.
     
     Вот и затмило тучами
     Наш поднебесный кров.
     Дни мои самые лучшие
     Градом побило в кровь.
     
     Мы в юности все пророки –
     Себе отмеряем сроки.
     
     – 3 –
     Даже в преступном мире,
     Даже в гнилой Чуне,
     Жизнь все шире и шире
     Открывается мне –
     Жизнь со своими законами,
     Проворовскими порой.
     Здесь люди к земле прикованы –
     Обрастают корой;
     Здесь душу свою обнажая
     Гитара слезой звенит;
     Здесь, чифирком ублажая,
     Карточный мир пленит;
     
     Здесь люди почти все веруют:
     Кто в Бога, а кто – в войну,
     Но гнутся под власть-химерою,
     Искупая вину.
     
     Мы все, как пророк Иона,
     В чреве кита Сиона.
     Человек,
     Человек,
     Человек –
     Соль на спине!
     Красный дракон, ускоряя бег,
     Вздыбился в вышине:
     Раб человек, гнись и вовек –
     
     Человек,
     Человек,
     Человек...
     
     Чудища смрадные, тёмные –
     Бараков кромешный ряд.
     Прожектора огромные
     Ночью на вышках горят;
     И холодно в небе тёмном –
     Вот он, советский гнёт! –
     Слышится монотонно:
     "Стой! Кто идёт?!"
     Кто идёт?
     
     Гражданин ГУЛАГа,
     Бледен, сутуловат –
     Раб без любви и блага.
     Кто виноват?!
     
     Власть виновата иль век –
     Человек,
     Человек,
     Человек.
     
     И я от барачно-прочих
     Не отличаюсь ничуть:
     Верю, надеюсь, короче –
     В логовище порочных
     Жить по-иному учусь.
     
     А жизнь здесь совсем другая –
     Проще всё и сложней:
     Здесь люди обычно ругают
     Прогрессы грядущих дней;
     
     Правде – назло! – не верят,
     В выводах не спешат.
     Здесь, за тюремной дверью,
     Тюремная и душа.
     
     Рвутся земные связи,
     С небом – слепая связь:
     И кто-то из грязи в князи,
     А кто-то из князей в грязь.
     
     К правде дорога узкая,
     Не проползет и тать.
     Доля ты наша русская –
     Вечно страдать и плутать.
     
     Точно трясину ноги
     Разъяли на полдороги.
     
     – 4 –
     Пишет мне мать:
     "Сыночек,
     Вышла замуж она
     (Прочитываю между строчек:
     В том и твоя вина).
     
     Но ты не печалься, милый,
     Другую тебе приглядим.
     Здоровье храни да силы –
     Все ещё впереди.
     
     Была она неплохая,
     Да вот не решилась ждать.
     Мужа совсем не хаит,
     Но с первых же лет вражда.
     Чем и не угодила –
     Сына ему родила".
     
     Горькая боль-осина,
     Как похоронная весть.
     Вот и обойма в спину,
     Вот и настигла месть.
     
     Песня её пропета –
     Я в этой песне чист!
     Стал я теперь поэтом,
     Мужиковато-плечист.
     
     Грянула весть привета –
     Взрывом отозвалось:
     Яблоком среди лета
     Сердце оборвалось.
     
     И закатилось под камень –
     Тяжесть не одолеть:
     Будет теперь веками
     Камень горючий тлеть.
     
     Боже, душа устала:
     Было – и вдруг не стало.
     
     Теперь и она другая –
     Теперь уже мир не тот.
     Наверно, меня ругает
     Под грузом своих невзгод.
     
     А, может, и не вспомянет
     Ни добрым, ни злым...
     Ты враз
     Вырвала все с корнями,
     Отшвырнула с глаз!..
     
     Швырнула и позабыла
     Ландыши, лес, облака...
     В поле волчица выла –
     Оплакивала дурака.
     
     Но я в непроглядный вечер
     С ней непременно встречусь.
     
     Не её – малыша сынишку
     На руки подниму.
     А если того... в штанишки –
     Развесим сушить на Луну.
     
     За стол усажу его чинно,
     Пришлёпнув рукой под зад.
     По объективной причине
     Он будет, наверно, пузат.
     
     Поговорим чуточек –
     Без проблем и задач ,
     А утром пойдём в лесочек.
     И тут уж, браток, не плачь.
     
     Я покажу тебе место,
     Где ландыши так цветут!
     Где я когда-то невесту
     Подхватывал налету;
     
     Была она здесь красива,
     Краше, чем маков цвет!..
     (Тихо она просила;
     Тихо твердила: нет.)
     
     Вернёмся, поведаешь маме
     Про ландышей белое пламя.
     Отдашь ей букет горящих,
     Самых лучших цветов,
     Многое говорящих
     На языке святом.
     
     Но не пытай: что значит –
     Мама большая, а плачет?
     Есть у неё секрет –
     На много лет...
     
     Расти, улыбайся, мальчик.
     Спокойного доброго сна.
     Не тычь только в небо пальчик –
     Укусит Луна.
     А я помолюся Богу,
     А я поклонюсь святым –
     И навсегда в дорогу
     От гнева и суеты.
     
     Господи, дай ей силы,
     В радости помоги:
     Были друг другу милы.
     Чтоб и теперь – не враги.
     
     Мы в юности все умнее,
     А вот любить – не умеем.
     
     – 5 –
     Ах, этот бред неволи –
     Тихий весенний бред.
     Бесы нас водят в поле –
     Даже в чунской неволе –
     Долгие сорок лет.
     
     Ночь или сумрак всюду –
     Стонет во сне барак...
     Друг мой, плакать не буду,
     Горло зажму в кулак.
     
     – 6 –
     Ландыши, ландыши, ландыши –
     Ласковый тихий свет.
     
     Ландыши, белые ландыши –
     Память минувших лет.
     
     Чуна, лаг. №11, 1959 г.