1
Розы стихов Чиладзе были блестящими, строфы лепестков строго сочетали смысл и красоту.
Чиладзе вырастил свою прозу из стихов: постепенно, ювелирно.
Плазма её текла густым переплетением таинственной магии и безусловной реальности.
Не Медея ли проходит гнутыми улочками Тифлиса?
Идущий человек завёрнут в плащ мечтаний, и… снова таинственности, ибо без магии реализм пуст, как высушенная тыква.
Наполнение каждой страницы Чиладзе заставляло говорить о сходе в глубину повествования, и в этой глубине был свет – сияющий, синеватый: тот, который определял праздник жизни.
2
Тонко выращенные цветы стихов Отара Чиладзе, где каждая строфа-лепесток совмещает гармонию смысла и изящество воплощения…
Цветы разрастаются в прозу, чья поэтичность, набирая за счёт устремления ввысь, гарантирует высокое чтение: требующее эстетического развития и души, готовой сопереживать…
…вспыхивает ожогам страшной «Годори»: роман-крик, роман предупреждение, роман, рвущий ячейки памяти…
События двухсотлетней давности и изгибы, остро ранящие зигзаги современных обстоятельств, переплетающиеся тесно, точно выстраивают – используя золотые крупинки смысла – историю самосознания грузинского народа…
Боль дана в концентрированном объёме: больно велики противоречия, слишком много вобрала в себя Грузия - маленькая страна, где и горы, и море, где эмоциональная энергия людей вспыхивает в диапазоне от любви до ненависти за секунду…
Но был и иной Чиладзе, периода книги «Шёл по дороге человек», где гранулы мифа растворяются в реальности, точно укрепляя её своею силой, где энергия поиска сущностных, кодовых нот бытия столь велика, что образный строй кажется незыблемым, и, оставаясь в пределах бумаги, вырастает миражом, который – против правил - не развеять, не отменить…
Странные, зыбкие ощущения оставляла проза Чиладзе: точно тончайшие, и вместе болевые, как нервы, нити сплетаются в узор…
Прошлое и будущее будто существуют одновременно, и ткань истории, и временной поток служат материалами для творения подобной прозы.
…гордая Медея проходит по кривым, изогнутым улочкам Тифлиса…
Авелум – шумерское слово, означающее «полноправный свободный гражданин», и герой, постоянно стремящийся к золотому сечению равноправия, имел бы лишь жалкие крохи себя, когда бы не любовь, пышно и вольно покровительствующая ему; реальность, искусно сконструированная из диалогов между скрытым автором и персонажем, множимая на комментарии к высказываниям, сложным лабиринтом приводит к трагическому финалу…
Сад стиля – сквозь который проходят психологические тропы; великолепно исполненный сад книг блистательного и неповторимого Отара Чиладзе силою сияний увеличивает в реальности количество света.
