Албанская делегация, приглашённая в Кремль, столкнётся и с Хрущёвым, и с утратой иллюзий: по крайней мере, определённой их части, и роман И. Кадаре «Вечная зима», расходясь тропами соцреализма, живописует взаимоотношение-противостояние СССР и Албании; яркость и живость, впрочем, действуют хорошо отлаженными механизмами реализма: присущему Кадаре в той мере, в какой… едва ли как-то ещё отобразить действительность.
Или – построить свою, словесную.
Впрочем, «Хронику в камне» Кадаре исполнял, используя разные техники, играя формальными моментами, словно громоздя этажи лиризма и ностальгии: раскрывается жизнь родного города во время итальянской и немецкой оккупации.
Кадаре начинал, как поэт.
Учился на историко-филологическом факультете Тиранского института; думается – учёба в московском Литинституте произвела на него пёстрое впечатление.
Первый роман он и писал в Москве: изображая, тем не менее, образы родины: воплощённые в юношах, пытающихся определиться с жизненной тропой, и похождения их вполне вписываются в оную.
Он вернулся к себе, когда отношения с СССР были разорваны: и оказался в недрах тиранического режима, в которых и существовал, а тучи сгущались, лиловея и наливаясь фиолетовым гневом, и вот Кадаре – сослан в деревню...
«Ноябрь в одной из столиц» - повествование об освобождение Тираны партизанскими отрядами: вещь вполне соответствовала тогдашней атмосфере в обществе.
Он возвращается в Тирану после падения режима Ходжи, - память о котором заставляет его просить политического убежища во Франции.
«Тень» - как путешествие протагониста: черты самого писателя угадываются, впечатанные в неё.
…строится вновь пирамида Хеопса: строится она в «Пирамиде» Кадаре, пронизанной массой аллюзий; а опасная любовь к дочери партийного бонзы развернётся в романе «Дочь Агамемнона».
Мир Кадаре – пёстр и яр, неистов и разнообразен, он гудит, предлагая самые разные исторические типажи, он переливается красками, и уже как будто живёт в бессмертие.
