Вы видели хоть одного правителя без собственных, то есть подконтрольных ему, средств массовой информации? Такой правитель есть. Это Трамп. Ему приходится непрерывно самолично что-то писать в социальных сетях про себя любимого, ибо все остальные СМИ его либо игнорируют, либо торпедируют.
Кто-то сейчас скажет про особенности политической системы США и прочее. Однако особенности не отменяют того простого факта, что в системе представительской демократии СМИ являются главным инструментом формирования власти. Эту модель можно было бы назвать медиакратической, если бы СМИ в современном мире обладали хоть какой-то самостоятельностью. Конечно, главный вопрос в том, кто контролирует СМИ. В национальных государствах, обладающих большой долей суверенитета, основные информационные потоки контролирует власть. В государствах с подорванным суверенитетом такой контроль осуществляется извне. Причём это "извне" не означает вмешательства в эту сферу другого национального государства. Речь идёт о транснациональном субъекте, владеющем кольцом мощных так называемых мировых или, точнее, глобалистских СМИ, маркируемых на страницах газеты "Завтра" как "вражьи СМИ".
Цифровая эпоха деформировала информационную монополию транснационального центра, раздробив поток на миллионы блогов и подкастов, но не уничтожила её. По-прежнему весь мир существует внутри повестки глобалистов, которые продолжают диктовать свои правила игры в этой сфере.
Сейчас идёт очередная перепалка Дональда Трампа с "демократическими журналистами". За этой уже как будто привычной американской сварой вокруг "фейковых новостей" проступает очень важный сюжет. В Вашингтоне началась яростная борьба за право решать, что будет признано событием, а что превратится в белый шум, в информационный пар.
Для работы машины СМИ абсолютно не важно, случилось ли некое событие на самом деле или его только что выдумали редакторы. Важны способы его подачи и конечный результат. Кольцо глобалистских платформ не просто влияет на политическую погоду, оно формирует концептуальное поле, определяет размеры и конфигурацию политической сцены, руководит драматургией политического процесса.
Именно поэтому нынешний конфликт нельзя свести к обидам Трампа на "Си-эн-эн"*. Ведь СМИ — это вопрос власти. Тот, кто управляет информационной машиной, тот получает возможность не только влиять на окружающий мир, но и очерчивать границы допустимого будущего.
Упомянутые медиа профессиональны и опасны. Они опасны не только тогда, когда откровенно лгут, но и тогда, когда настраивают фокус внимания. В конце концов ложь уязвима: её можно в какой-то мере разоблачить. А вот замалчивание или навязывание — это принципы филигранной работы опытных манипуляторов. Одно событие показывают неделю, другое проскакивает как искра в информационном урагане, третье вообще не упоминается как незначительное. Мировые глобальные СМИ работают как распределительная станция, ежедневно отмеривая информационные доли.
Трамп восстал против этой огромной машины осознанно. Ведь он сам вырос внутри неё и великолепно знает её особенности. Он десятилетиями служил этой системе, был, по сути, телевизионным персонажем. Теперь персонаж пытается сломать аппарат, который его создавал. В этом есть что-то фантасмагорическое. Как восстание литературного героя против автора.
Логика Трампа очевидна: отказ трём изданиям в доступе в Белый дом был не вспышкой раздражения, а сознательным ударом по своим врагам. Удар грубый, юридически уязвимый, затрагивающий миф о свободе прессы, но совершенно логичный в контексте ведущейся информационной войны против Трампа. С обеих сторон идёт борьба за исключительное право властвовать над умами.
Но что же, собственно, произошло? Трамп лишил аккредитации в Белом доме "Си-эн-эн", "Эм-эс-эн-би-си"* и "Политико"*. В ответ на это "Эй-би-си"*, "Си-би-эс"*, "Эн-би-си"* и примкнувший к ним "Фокс Ньюс"* приостановили работу объединённого президентского телепула. СМИ отказались подменять коллегу, не допущенного Трампом к дежурству. В результате камеры информационных гигантов перестали сопровождать президента, при этом на одном из мероприятий сотрудники пресс-службы Белого дома не смогли профессионально организовать трансляцию, и слова президента были не слышны из-за шума вертолёта.
В ходе скандала выяснилось, как работает телепул Белого дома. Оказывается, пять СМИ дежурят там по очереди. Как правило, только одна группа снимает президента и передаёт сигнал остальным. Сплошная экономия сил и средств. И… никакой конкуренции. Зритель полагает, что видит труд множества разных редакций, а между тем за кадром функционирует единая система. В точке записи находятся одна камера и один микрофон. Затем поток растекается по разным студиям, обрастает титрами, интонациями и политическими оценками, создавая впечатление мнимого многоголосья.
Коллективный бойкот в отношении Трампа со стороны СМИ показывает, насколько тесно связаны организации, которые публично изображают конкурентную борьбу между собой. Как всегда оказывается, что в решающий момент нанайские мальчики в сфере информации выступают одним строем. Участие "Фокс Ньюс" в сговоре особенно показательно, ведь республиканский консервативный канал принято было считать союзником Трампа.
Очевидно, что президентский телепул является лишь одним из узлов гораздо более обширной и разветвлённой системы. Международная новость проходит через крупные агентства, платформенные алгоритмы, редакционные центры и россыпи экспертов. На каждом участке новость сокращают, комментируют, снабжают нужным заголовком, то есть помещают в определённую систему координат. Система глобалистских СМИ способна сформировать повестку тысяч редакций. Целеполагания идут из невидимой столицы, не отмеченной на карте, но в ежедневном режиме управляющей информационным потоком.
Обиженные Трампом "Си-эн-эн", "Эм-эс-эн-би-си" и "Политико" обратились в суд, сославшись на Первую поправку и нарушение надлежащей правовой процедуры. Федеральный судья Тимоти Келли потребовал временно восстановить доступ изданий в Белый дом. При этом суд не объявил аккредитацию в Белом доме безусловным правом любого журналиста. То есть формально администрация США может самостоятельно отбирать прессу для поездок и пресс-конференций. Основанием судебного решения о возвращении глобалистских СМИ в Белый дом стала лишь процедура: администрация лишила редакции доступа без предварительного уведомления и без возможности оспорить решение. Так юридическая система США загасила удар Трампа, сделала его ватным. Но это ещё не поражение. Даже вернув все аккредитации, невозможно восстановить прежнюю информационную монополию глобалистов. Технологическая почва уходит у них из-под ног. Можно попытаться отключить президента не только от СМИ, но и от большинства социальных сетей, как это уже было. Но это становится делать всё труднее.
Белый дом 21 сентября запустил на "Ютубе" круглосуточный информационный поток "Трамп ТВ: Главная радиостанция". Название предполагает непрерывное присутствие действующего президента в национальном эфире. Замысел понятен: создать собственное СМИ в обход глобалистской монополии, бенефициары которой десятилетиями решали, каким будет образ президента после нарезки его выступлений и комментариев политологов в ходе студийной дискуссии.
Вещание нового телевидения Трампа обнаружило разрыв между правильной идеей и по факту слабой медиаподготовкой исполнителей. Вместо энергичной информационной атаки зритель увидел нарезку архивных речей, кадры инаугурации и прочую ветошь. У канала нет ведущих, нет новостной строки, нет корреспондентской сети, нет расследований и жёсткого ритма трансляций. Получился не информационный дредноут, а антикварный колёсный пароход, дрейфующий по течению реки Миссисипи. Всё это напоминает телевидение БРИКС, возникшее при российском МИДе и не выходящее за рамки десятков (единиц, а не тысяч) просмотров на "Рутубе".
И всё же слабость исполнения никогда не отменяет силы замысла. Расчёт в целом был правильным. Американская, как и прочая во всех странах мира, аудитория медленно переползает на цифровые платформы. Эфирное и кабельное телевидение постепенно уходит в прошлое. Трамп чувствует этот сдвиг, как гончий пёс чует дичь. "Трамп ТВ" следует понимать как попытку построить президентский информационный контур. Пока этот контур весьма убог. Но всякая новая затея на первых порах кажется кустарной. И вопрос не в том, сколько зрителей собрала первая трансляция, а в том, будет ли продолжение. Появятся ли у Трампа профессиональная команда, яркие лица, не уступающие по харизматичности Такеру Карлсону?
Если появятся, США получат альтернативное телевидение, способное поспорить с громоздкой медиасистемой глубинного государства.
Кстати, о БРИКС. Саммит в Нью-Дели вновь подсветил масштаб проблемы. В итоговой декларации говорилось о совместимости платёжных систем, расчётах в национальных валютах и переустройстве торговых связей. Для стран, стремящихся уменьшить зависимость от западной финансовой инфраструктуры, это означает начало строительства нового мира. Однако в информационном поле мировых СМИ подобные решения превратились в крохотный периферийный сюжет, лишённый политического значения.
Трамп, разумеется, не является союзником БРИКС, но он распознал внутри США механизм информационных манипуляций. Его собственные политические интересы вступили в острый конфликт с мировыми СМИ. Ныне власть в США не едина с мировым медиапорядком, созданным когда-то под её крышей.
Для России и других стран, претендующих на самостоятельную роль, события в США крайне важны. Мы понимаем, что это не экзотический спектакль, а тяжёлая борьба за политический суверенитет. Страна может иметь свои армию, промышленность, дипломатию и валюту, но не иметь сильных национально ориентированных СМИ. Такая страна обречена. У власти в такой стране обязательно окажутся зеленские, макроны, мерцы, карни и прочие ставленники закулисы. Именно поэтому странам БРИКС недостаточно строить расчётные механизмы и транспортные коридоры. Им необходимы собственные мощные каналы мирового распространения информации, сопоставимые по скорости и качеству с глобалистскими медиаструктурами. При БРИКС необходимо создать нечто напоминающее коллективное министерство информации и пропаганды. Информационный суверенитет не создаётся нажатием одной кнопки, так же не возникнет он из громких обиженных заявлений на тему того, как "западные СМИ" исказили реальность. Такой проект требует сотен корреспондентов, штата переводчиков, архивных записей, технологий доставки техники и людей. Но главное — журналистских кадров, умеющих превращать факт в рассказ, не подменяя его официальной риторикой. Собственная медиасистема — вот что нужно БРИКС. К этому же стремится и Трамп, оспаривающий право старой медиасистемы быть верховным толкователем Америки. За его спиной стоят люди, которые хотят вернуть отнятую у них страну. Поэтому американский спор президента с вражьими СМИ касается не только США.
Национально-освободительная война народов земли против глобалистского ига — это борьба за имя, образ и память.
