Микроэлектроника является основой 5-го технологического уклада, но это не означает, что её наивысший уровень (условные 2 нм) является необходимым и обязательным условием для перехода в следующий 6-й уклад. Полного цикла производства 90 нм (уровень 2003–2007 гг.) достаточно для автономного поддержания реальной экономики (см рисунок). Дальнейшее углубление является добавляющей удобства количественной цифровой надстройкой, которая всё равно остаётся тупиком с позиции качественного роста.
двойной клик - редактировать изображение
Технологический уклад является не продолжением и развитием, а диалектическим отрицанием предыдущих укладов, т.е. микроэлектроника станет не основой, а частью инфраструктуры общества будущего, как это ранее произошло с железными дорогами, электричеством, связью, автотранспортом и др. Достаточность технологий 90 нм для перехода не означает, что можно будет отказаться и забыть остальное, современные достижения найдут своё место, но приоритеты будут иными.
Исходя из этого России не нужно во что бы то ни стало гнаться за локализацией и освоением вплоть до 2 нм, важнее развивать потенциал технологических пакетов 6-го уклада (роботизация, аддитивные технологии, ядерные технологии и др.), прекрасно понимая, что современная микроэлектроника практически дошла до предела развития, далее квантовые эффекты. Через 12–15 лет Россия в спокойном темпе догонит опередивших её конкурентов, поднявшись на ту же вершину, где они так и будут сидеть, не видя перед собой дальнейшего пути.
Квантовые компьютеры и фотоника совсем из других технологических пакетов и для других целей, они идут параллельно, а не в продолжение современной микроэлектроники, раскрыться серьёзно они смогут лишь к середине XXI в. К тому же ни о каком критическом отставании России речи там не идёт, наоборот, в части фотоники у нас хороший задел.
Происходящее в настоящее время истеричное инвестирование в нейросети обречено на провал, ошибка была допущена ранее и теперь её не исправить. Долгосрочная монополия на технологию была утрачена в погоне за краткосрочной коммерческой выгодой. Вместо того, чтобы в 2017 г. все подобные разработки сделать секретными и закрытыми США и ТНК просмотрели этот путь, пойдя по пути контроля информации, когда надо было сосредоточиться на контроле алгоритмов.
Отсутствие монополии на знание привело к соревнованию ресурсов и объёмов вычислительных мощностей, где помимо западных корпораций активно участвует Китай, действуя в логике повторения. Он отстаёт всего на полгода, активно демпингует и разрушает среду, наивно планируя в будущем довести конкурентов до банкротства и окупить понесённые затраты за счёт эффекта масштаба и низкой себестоимости. Совершенно обычная китайская стратегия «выжженной земли», что применима для ширпотреба, но не работает в отношении инновационных продуктов.
Последние требуют постоянного совершенствования и развития, к чему китайцы из раза в раз демонстрируют неприспособленность. Они замечательно умеют доводить заимствованное до совершенства, но не создают на его основе ничего принципиально нового. Когда им удаётся получить монополию, взяв под контроль среду, то через некоторое время внутри неё не остаётся никого, кто мог бы создать новое, наступает застой. Для примера, технологии разделения и очистки редкоземельных металлов, где Китай контролирует до 90% рынка, так внутренне и остались на уровне второй половины XX в., добавив внешнего лоска. Зато в других направлениях регулярно рапортуется о новых прорывах, которые довольно скоро забываются.
Для понимания перспектив и развития микроэлектроники можно выделить ключевые факторы и тренды:
▪ мировые игроки будут до последнего удерживать единство микроэлектроники ввиду общей зависимости, но по мере разрушения связанности и роста рисков отдельные элементы станут разрушаться, провоцируя распад;
▪ ввод полноценных санкций и блокад в отношении микроэлектроники начнут применять лишь перед обрушением всей отрасли, когда утрата доверия перестанет пугать;
▪ нейросети и владение технологиями 2 нм не обеспечат геополитического доминирования в мире в условиях общемировой катастрофы;
▪ прорывные, способные обеспечить глобальное лидерство за счёт владения технологиями уклада 5+ альтернативы не будут найдены (если бы такие были, то уже были бы внедрены);
▪ ранняя коммерциализация и прозрачность алгоритмов уничтожила перспективы;
▪ к 2030 г. Россия завершит локализацию производства и технологий на уровне 70–90 нм, что позволит закрыть ключевые стратегические направления;
▪ существующая гонка вычислительных мощностей и нейросетей приведёт к накоплению в мире избытка оборудования и компонентов, что позволит основным странам спокойно пройти 30-е гг. (падение потребностей) даже на фоне распада и деградации отрасли, разрабатывая «месторождения» (технический каннибализм);
▪ проблемы и сложности в наиболее развитых странах возникнут в начале 30-х гг., что породит запрос на повышение эффективности и оптимизацию;
▪ выйти на самостоятельный выпуск вершины уклада 5+ Россия сможет в конце 30-х гг., в отличие от остальных она владеет необходимым пониманием прикладной науки и инженерии, при этом речь идёт не только о воспроизводстве существующих технологий, но и о нахождении параллельных, ранее пропущенных путей;
▪ в начале 40-х гг. за счёт оптимизации технологий, производства, использования и др. на оборудовании будет достигаться результат на 1–2 ступени выше текущего, но это всё равно останется технологическим пределом.
С точки зрения страны и экономики, никаких серьёзных последствий от распада микроэлектроники для России не случится. Принимая во внимание продолжительность жизни техники в 8–12 лет и плавность процессов перехода, конечное потребление будет испытывать локальные сложности (территории, отрасли, элементы), но даже там ждать отката больше чем на одну ступень (см. рисунок) не стоит, а сильнее не хватит времени.
В силу небольшого объёма потребности России в мировом масштабе, первое время проблемы будут решаться за счёт эффективности использования, ограниченного импорта, ремонта, замены и т.д., повторяя практику периода СВО. Постепенно будут появляться отечественные аналоги. В этот период сформируется новая культура использования микроэлектроники, соответствующая 5-му укладу (прочность, ремонт, локальные связи), а не 5+ (мгновенность, одноразовость, глобальность).
Страны и регионы, что не смогут обеспечить полную локализацию отрасли к началу 30-х гг. на уровне 70–90 нм, а к началу 40-х гг. на уровне 2 нм, не смогут удержать уровень развития и будут деградировать. В рамках существующих трендов эта судьба постигнет практически все Дикие земли – территории, не вошедшие в панрегионы и не ставшие региональными державами. В 40-е гг. там сложится положение уровня 90-х гг. старого уже не останется, новое ещё не привезли.
Ещё одним следствием распада глобального мира будет фрагментация пока ещё единого пространства. Корпорации будут вынуждены отпускать свои региональные подразделения в свободное плавание, оставаясь лишь ограниченным в правах акционером, альтернативой будет – полная потеря. Говорить о разделении единых протоколов, стандартов, библиотек и т.д. по региональному принципу не приходится, но новые названия в силу политической конъюнктуры приделывать будут.
И, да, для простого человека совет прост – к 2030 г. создайте запас привычной, необходимой для работы и досуга техники с учётом резерва лет на 10, ничего сложного, вполне решаемая задача…
