По итогам состоявшегося 1 сентября в Бишкеке саммита Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) государства-участники приняли декларацию, которая чётко провозглашает переход от однополярности к многополярному миропорядку. Однако для объективности следует констатировать, что формирование нового миропорядка - долгий процесс, а декларация ШОС в большей степени обозначает тренды и тенденции, не являясь при этом набором чётких инструментов или планом действий.
Для участия в 25-м юбилейном саммите ШОС в Бишкеке собрались лидеры десяти государств-членов организации, в том числе России, Китая, Индии, Пакистана и Ирана, а также делегации государств-партнёров по диалогу, таких как Египет, Турция, Азербайджан, Армения и др. Уже хотя бы по составу участников саммит можно считать крупным геополитическим событием.
Напомню, что на сегодняшний день в организацию входит десять государств членов после вступления Индии и Пакистана в 2017 году, Ирана в 2023-м и Белоруссии в 2024-м. Государствами-основателями ШОС являются Россия, Китай, Казахстан, Узбекистан, Таджикистан и Кыргызстан. Кроме того, в работе ШОС принимают участие 15 государств в качестве партнёров по диалогу. Речь идёт об Азербайджане, Армении, Бахрейне, Египте, Комбодии, Катаре, Кувейте, Лаосе, Мальдивах, Мьянме, Непале, ОАЭ, Саудовской Аравии, Турции и Шри-Ланке. Ещё два государства выступают в роли наблюдателей - Афганистан и Монголия.
При этом следует понимать, что расширение ШОС в последние годы привело к усложнению процесса принятия чётких и обязательных к исполнению стратегических решений, так как по отдельности крупные державы, коими являются Россия, Китай и Индия имеют собственные взгляды на происходящие в мире процессы. Тегеран в свою очередь формулирует свою позицию, исходя из ситуации в Ормузском проливе, ставшей результатом американо-израильской агрессии против Ирана.
На этом фоне государства-члены ШОС проявили солидарность с Ираном, выразив соболезнования народу и правительству ИРИ в связи с трагической гибелью верховного лидера Али Хаменеи, а также семьям погибших. Государства-члены выражают глубокую обеспокоенность в связи с развитием событий на Ближнем Востоке и вокруг Ирана, говорится в Бишкекской декларации, принятой по итогам саммита. «Они подтверждают ранее заявленную позицию ШОС с осуждением военных ударов по территории Исламской Республики Иран, приведших к многочисленным жертвам среди мирного населения и значительному ущербу экономике страны», - говорится в тексте декларации. Подобный манифест можно считать важным жестом на фоне утверждённых 24 августа Департаментом казначейства США беспрецедентных санкций против Тегерана, призванных «привести к развалу экономики Ирана».
Однако возникает резонный вопрос: в состоянии ли страны ШОС защитить одного из полноправных членов - Иран от американских санкций? Здесь следует учесть, что ограничительные меры включают в себя введение вторичных санкций против экономических партнёров Тегерана.
Стоит напомнить, что Китай является крупнейшим покупателем иранской нефти и при этом, по сути, является единственным государством-членом ШОС, обладающим достаточным экономическим весом, чтобы выдержать серьёзное торговое и санкционное противостояние с дядей Сэмом. На этом фоне в Поднебесной уже заявили о непримелемости односторонних американских санкций и намерении защищать собственные интересы. Можно констатировать, что в этом вопросе Китай занял более твёрдую позиции, чем болшинство остальных стран.
Позицию КНР усиливает тот факт, что США сами не особо готовы вводить вторичные санкции против китайских банков, понимая, что это палка о двух концах. Санкции против крупнейших китайских банков приведут к полноценному экономическому противостоянию с «драконом», и как следствие - к встряске во всей мировой торговле и международной финансовой системе в целом.
У России тоже накопился большой опыт противодействия самым масштабным в истории мировой экономики санкциям, в том числе посредством использования национальных валют в двусторонней торговле при помощи альтернативных банковских инструментов, перераспределения маршрутов поставок и суверенных платежных систем.
Однако Россия в одиночку не сможет создать альтернативную доллару международную финансовую систему, и поэтому для неё так важно развивать партнёрские отношения с Китаем и Индией.
На положении Индии стоит остановиться отдельно. Так, Нью-Дели с одной стороны, связывают стратегические отношения с США, но с другой, Индии нужны энергоносители из Ирана и России. На полях саммита ШОС премьер-министр Индии Нарендра Моди провёл встречу с президентом Ирана Масудом Пезешкианом, чтобы обсудить не только «двусторонку», но и ситуацию в Ормузском проливе. Но здесь возникает другой вопрос: сможет ли Индия потребовать от США учитывать её торговые и национальные интересы?
И если да, то приведёт ли это к нивелированию эффекта вторичных американских санкций?
Что бы ни говорилось в декларации ШОС о многополярности, реальным критерием выполнения этой амбициозной задачи станет то, насколько государства-подписанты готовы поступиться своими позициями в мировой западноцентричной финансовой системе. Россия, Китай, Индия и Иран смогут положить конец однополярности, только приняв на себя риски экономических последствий вторичных санкций, среди которых потеря доступа к американскому финансовому рынку. Готовы ли индийские компании, китайские банки и даже отдельные российские корпорации заплатить такую цену?
Ответ на этот и другие вопросы мы узнаем уже в относительно скором будущем.
Наивно рассматривать череду стратегических провалов США в последние десятилетия как окончательное «падение» американской военно-экономической силы. За океаном до сих пор обладают серьёзным военным, экономическим, технологическим и даже человеческим потенциалом.
Речь сегодня идёт исключительно о закате возможностей США единолично управлять миром и навязывать свою волю остальным государствам, доминировать и выступать в качестве «мирового жандарма». Эти проявления однополярности можно с уверенностью считать частью прошлого на фоне появления новых центров силы, в том числе БРИКС и ШОС.
Повторюсь, конец американской гегемонии вовсе не означает ухода США с мировой арены. Происходит дифференциация между обладанием силой и её использованием в качестве инструмента политического и экономического доминирования.
В качестве иллюстрации перенесёмся во времени на пару десятилетий назад. Так, в марте 2003 года США под надуманным предлогом вторглись в Ирак, будучи единственной в мире силой, способной устанавливать свои порядки по экстерриториальному принципу. Полутора годами ранее американцы аналогичным образом начали военную операцию в Афганистане. Однако в обоих случаях вмешательство США лишь породило хаос и расцвет радикальных группировок. В 2021 году американские военные с позором бежали из Афганистана, а движение «Талибан» быстро взяло власть в свои руки. Сегодня под аналогичными надуманными предлогами США воюют с Ираном, заявляя о разрушении ядерного потенциала Тегерана и недопустимости обладания оружием массового уничтожения (ОМУ). В результате этой авантюры Ормузский пролив до сих пор остаётся частично закрытым, что однако не мешает президенту США Дональду Трампу говорить о «победе». Порой складывается впечатление, что он черпает информацию из недостоверных материалов американских СМИ.
Результаты войн в Афганистане, Ираке и Иране для американской стороны можно с чистой совестью назвать одним словом - поражение. Первопричиной повторяющихся провалов можно назвать неспособность Вашингтона конвертировать военную мощь и превосходство в силе в дальнейшее навязывание собственной политической воли всему миру.
Возвращаясь к саммиту ШОС в Бишкеке, можно без преувеличения констатировать, что на мероприятии собрались лидеры нового мирового большинства, разделяющего видение многополярного миропорядка. Очевидно, что Бишкекская декларация родилась не на пустом месте, а стала результатом усилий России, Китая, Индии и других азиатских государств. На этом фоне ШОС постоянно расширяет масштабы своей деятельности на такие сферы как безопасность, экономика, транспорт, энергетика, технологии и др. Так среди главных пунктов повестки ШОС следует отметить следующее:
Во-первых, вопросы безопасности и борьбы с терроризмом, экстремизмом, сепаратизмом и организованной преступностью.
Во-вторых, транспорт и стратегические артерии мировой торговли на фоне стремления стран ШОС выступить с инициативами транспортных маршрутов, связывающих Россию через Среднюю Азию с Китаем и Южной Азией в целом.
В-третьих, торгово-инвестиционное сотрудничество между государствами-членами, либерализация движения капитала и создание относительно независимой от Запада финансовой инфраструктуры, в том числе в рамках Банка развития ШОС, политическая договорённость о создании которого была достигнута её на прошлогоднем саммите организации в Китае.
В-четвёртых, энергетика и сотрудничество в сферах нефти и газа, электроэнергии, мирного атома, возобновляемых источников энергии и энергетической безопасности. Важности этому вопросу придаёт тот факт, что Россия, Иран, Китай и Казахстан являются важными игроками на мировом энергетическом рынке.
В-пятых, национальные валюты и финансовая система. Причём здесь речь идёт не только и не столько о проведении взаиморасчётов, сколько о создании собственной финансовой инфраструктуры ШОС.
В-шестых, искусственный интеллект и цифровизация. Несмотря на то, что это относительно новый вопрос, однако сегодня он обретает особую актуальность на фоне стремления незападных стран к технологическому суверенитету и реализации программ цифровой трансформации.
В-седьмых, международные и региональные вопросы, так же, как и процесс перехода к многополярности. Примечательно, что саммит в Бишкеке совпал по времени с обострением украинского кризиса, новым витком напряжённости на Ближнем Востоке и вокруг Ирана, нестабильной обстановкой в Южной Азии и нарастающими противоречиями между США с одной стороны, и Россией, Китаем и Ираном - с другой.
Очевидно, что юбилейный саммит ШОС состоялся на фоне международной обстановки, кардинально отличающейся от времен однополярного миропорядка, царившего в начале века. В сегодняшнем мире формируются новые центры силы, страны глобального Юга способны принимать независимые решения, а мировым державам приходится искать новые форматы сотрудничества в вопросах политики, экономики и безопасности. В новом мире становятся неприемлемыми такие методы, как политика диктата, экономической блокады и присвоения чужих активов в рамках односторонних незаконных санкций и так называемых «альтернативных правил», больше напоминающих жизнь «по законам джунглей».
Бишкекскую декларацию следует рассматривать в контексте трансформации миропорядка и перехода от американской гегемонии к многополярности.
Для объективности следует признать, что ШОС не является единым экономическим пространством наподобие ЕС, государства которого в той или иной степени подчиняются общим регуляторным органам. У государств ШОС нет ни общего министерства финансов, ни ЦБ, ни единой платежной системы, ни инструментария для противодействия санкциям, вводимым против какой-либо из стран-участниц. Именно поэтому ШОС не может просто так взять и защитить Иран от односторонних американских санкций.
Однако это вовсе не мешает странам организации в двустороннем или даже многостороннем формате помочь Ирану снизить влияние санкционного давления. Этому будут способствовать такие инструменты, как платежи в национальных валютах, альтернативные платёжные системы, создание собственного банка развития, дедолларизация экономик, создание независимой транспортной и энергетической инфраструктуры. В совокупности эти факторы будут содействовать экономическому суверенитету стран ШОС.
Кому-то Бишкекская декларация может показаться слабой по содержанию с той точки зрения, что в ней доминируют громкие слоганы о новом миропорядке, но при этом не предлагаются конкретные инструменты, которые были бы достаточны для его формирования. Здесь в качестве лакмусовой бумажки выступит то, насколько страны ШОС смогут помочь Ирану снизить влияние новых американских санкций.
Полагаю, противодействие вторичным американским санкциям станет серьёзным, но при этом объективным стресс-тестом для ШОС.
Уже после того, как статья была написана, ко мне за комментарием обратился арабоязычный сайт Matryoshka News, специализирующийся на освещении событий в России, по поводу последнего витка эскалации и обмена ударами между США и Ираном. Я им ответил, что американские удары по иранскому острову Ларк в Персидском заливе накануне саммита ШОС, участники которого провели двусторонние встречи с Пезешкианом и проявили солидарность по отношению к Ирану, являются ничем иным как попыткой отвлечь внимание мирового сообщества от процесса перехода к многополярному миропорядку. Можно с уверенностью констатировать, что это очередная отчаянная американская попытка сохранить гегемонию и удержать на плаву уходящую в прошлое неоколиональную модель однополярного мира.
Фото: Вячеслав Прокофьев/ТАСС
