Результаты референдума таковы, что каждая из сторон вполне справедливо может считать результаты своей победой. Притом, что конечно вполне разумной будет и точка зрения, что обе стороны проиграли.
Голосование свидетельствует об этнической мобилизации, что является индикатором накаления общественных настроений. Так же это голосование свидетельствует, что попытки интегрировать или ассимилировать русскоязычное население в Латвии до сих пор не имели успеха. Попытка создать условия, в которых русские и русский язык воспринимается как нечто чужеродное, вызывают лишь встречную консолидацию русской общины.
Конечно, теперь стоит озаботиться, как в дальнейшем будет вестись диалог властей и русскоязычной части населения Латвии. Часть латвийских политических деятелей готово бросить кость на стол: откупиться от русских каким-то малым вопросом. Например, дебатируются разные варианты, как то признание праздничным днем какой-нибудь даты имеющей отношение к православной вере.
Референдум свидетельствует о том, что ни широкие слои населения, ни политическая элита Латвии не готовы к каким-то серьезным изменениям. По сути дела референдум констатировал статус-кво. Однако он все же имеет серьезное значение с точки зрения фиксации требований и позиции. Раньше от имени русской части населения говорили политики, сообщали СМИ. Можно было пытаться как-то не замечать проблему. Теперь требования являются по сути медицинским фактом: огромное количество людей высказываются за придание русскому языку статуса второго государственного. А расшифровывается такое требование не только как требование политико-лингвистическое. За ним стоит требование равноправия, учета интересов и свертывание дискриминационной политики применяющейся латвийскими властями в отношение не латышей.
Ну и конечно стоит отметить, что результаты референдума существенно искажены. По причине того, что так называемые не граждане Латвии были лишены избирательных прав и не имели возможности принять участие в референдуме. Совершенно понятно, что в массе своей они высказались бы за русский язык как второй государственный. С учетом этого референдум не является точным отражением мнения жителей страны, он отражает лишь мнение граждан Латвии.
Остается констатировать, к сожалению, раскол в обществе весьма силен. Заинтересована ли Латвия его урегулировать — большой вопрос. Одно ясно, вялотекущий конфликт с периодическими вспышками продолжится и дальше.
Владимир Симиндей, руководитель исследовательских программ фонда «Историческая память»
