Совмещение, скрещение – хтонического и светового, современного (через, в частности, словарь) и вечного виртуозно демонстрирует В. Куллэ, открывая поэтический свод июльский номер журнала «Москва»:
Тает апельсинной долькою
в небе полумесяц алый.
Ночь — хтоническую, долгую —
подстрекают зубоскалы.
Видимо, под сенью хаоса,
выползшего из подкорки,
хавается, отдыхается
покомфортней. Поприкольней.
Знаково название подборки: «Остаётся только текст…»
Материальная жизнь трагична по определению: всё конечномерно, всё стремится к финалу, а слово, особенно в поэтическом его аспекте, имеет большие шансы на долговечность.
Слово Куллэ – светового порядка:
Я не был здесь бессчетно лет —
всегда какая-то помеха.
Слова не порождают эхо,
но Слово — излучает свет.
Блестит водичка. Чахлый лес
и выстлавшая землю хвоя.
Прилив тревожного покоя.
Вода — лишь зеркало небес.
Амбивалентность всего колоритно – через образный строй с оттенками метафизики – показывает И. Макаров: и внешне лёгкий стих туго напруживает мускулы не простого содержания:
Эхо каменного века
Оглушает человека.
И живет он, глух и нем,
Невменяемый совсем.
Эхо каменного века
Вдохновляет человека.
Он ломает все подряд,
Камни по ветру летят.
«Коммунальный коридор» показывается своеобразным лабиринтом бытия:
Вошел. Потемки. Спотыкаешься.
Взрываешься мажорной гаммою...
И ничему не удивляешься:
Давно забыл про это самое...
Ни зги не видно в помещении.
Душа томится и смущается...
А при нормальном освещении
Совсем другое получается...
Ю. Кабанов исследует феномен души – через многообразие ракурсов, с которых можно рассматривать мир, и феномен бытия:
солнечный гравий шуршит под колёсами
медленно рушатся горы белёсые
время пытается течь вспять
реки иссохли — не выплакать прошлого
слишком живого и может быть пошлого
память не в силах с колен встать
Временно отменив знаки-препинаки поэт добивается эффекта сплошного потока: сознания, времени, вмещающего оное, космоса жизни…
Высокий голос поэта касается запредельности: и вот уже ангелы появляются персонажами мировой мистерии, возникает торжественная панорама:
Иголка в стоге сена; как всегда —
на самом кончике, на острие Вселенной
толпятся ангелы коленопреклоненно,
и море им, нетленным, по колено
житейское, и горе — не беда.
Три поэта представлены в номере; три варианта мировосприятия: очень разные, каждый достоин пристального внимания, ибо достойно представляет современное русское поэтическое слово.
