Более ста лет начиная с конца XIX в. влияние и значимость левых (общее выше частного), преимущественно марксистских сетевых держав и структур в мире было значительно. Интернационалы оказывали существенное влияние на геополитику, поддерживая национально-освободительные и революционные движения, влияя на внутренние и международные расклады. Из-за психоисторического проигрыша СССР в Холодной войне роль левых сил многократно ослабла, несколько десятилетий доминировало представление о полной, необратимой и окончательной победе правых идеологий.
Радикальные партии и движения разгромили, умеренных заставили отказаться от идей, принять «правила игры» победителей. В ближайшие годы в силу краха мир-системы Pax Americana и неудачи праволиберальной попытки глобализации, давление на левых ослабнет. Говорить о возрождении интернационалов, как мировой силы не приходится, но в ближайшие 25-35 лет левые движения имеют хорошие шансы пересмотреть статус клевретов и вассалов ультралибералов и начать собственную субъектную игру, хотя бы регионального уровня. Политика России не сможет игнорировать этот фактор, но важно осознание, что многие, кто называют себя марксистами, априори будут врагами.
Стереотипы облегчают и упрощают обработку информационного потока, позволяют не тратить ресурсы и внимание на типовые задачи. Ценой этого становятся ошибки восприятия, когда за знакомыми словами оказываются не видны чуждые образы. Для России левое движение ассоциируется с ностальгией по советскому величию, коммунистическая идеология вторична. Наблюдая европейские события последних лет многие искренне удивляются, как местные марксисты могут не понимать подоплеки и последствий происходящего, почему они каждый раз оказываются по другую сторону истории, вольно или невольно помогая глобалистам разрушать свои страны и культуры.
В начале XX в. левые идеи в России обрели формат не просто марксизма, а марксизма-ленинизма, совершенно чуждого Западной Европе. На нашей почве коммунистические и социалистические идеи стали лево-консервативными (общее выше частного, законы для индивида даются извне), тогда как на европейской родине они эволюционировали в различные неомарксистские движения. Последние в своём большинстве стали леволиберальными, продолжением антиклерикальной линии Французской революции.
Большая часть идеологов этих течений смотрит на индивида и общество в совершенно непривычном для нас ключе – любой человек изначально идеален и имеет громадный творческий потенциал. Все его беды проистекают не из-за внутренних качеств и черт, начиная с лености, а исключительно под влиянием внешних факторов, во всём виновато государство и общество, что сделали недостаточно для раскрытия потенциала. Изначальную марксистскую идею о прекращении отчуждения труда, об освобождении от эксплуатации довели до абсурда, необходимости освободить индивида от абсолютно всех видов ограничений, чтобы он вновь стал совершенным.
Романтизм и утопизм, доведённые до абсурда идеи, ведь 90% людей не хотят никакого творчества сами, но неомарксисты считают, что это не их вина и лень, а воздействие империй, расизма, сексизма, гендерного неравенства, семейного насилия и т.д. Миссия новых левых – освободить человека от всех форм давления, чтобы он стал творцом, ну а массовая культура еще более закрепощает, создаёт симулякры вместо идентичности.
Дальше больше, в любых социальных отношениях неомарксисты находят «истинные» скрытые мысли и эгоистичные желания эксплуатации, цинично редуцируя их исключительно до экономических отношений, а то и отрицая всё остальное многообразие. Получается своеобразный «социал-фрейдизм», со всеми условностями и перегибами узкого и глубинного подхода.
Для примера, мужчина создаёт семью не из-за любви к женщине и желания иметь детей, а чтобы получить прислугу, что будет делать за него домашнюю работу, за патриотизмом скрывается лишь желание грабить соседей, социальный статус люди повышают лишь чтобы воровать с потоков и т.д. Не удивительно, что семейное воспитание считается злом, а государство в их картине мира превращается в хтоническую тварь, с которой нужно бороться.
Указанные идеи неомарксизма хорошо видны уже в работах итальянского коммуниста и философа Антонио Грамши (1891-1937 гг.), что адаптировал марксизм под усложняющуюся реальность европейской общественной сферы, политические цели. Важнейшими задачами он считал использование массовой культуры и превращение всех пролетариев в сознательную, творческую интеллигенцию. На место диктатуры пролетариата пришла культурная гегемония. Благие намерения, но в итоге вместо творческих людей появился мещанский средний класс, эстетствующий и ноющий о социальной несправедливости, замечательно встроенный в капиталистическое общество.
Стратегия захвата культурной гегемонии лаконична, но совершенно нереалистична и оторвана от реальности, она не учитывала копирование применяемых идей всеми политическими силами. Во второй половине XX в. они все дружно стали бороться за умы через СМИ, преподавателей, лидеров мнений и т.д. Итог закономерен – победу одержали люди с большим количеством денег, а политология превратилась в шоу-бизнес. Вспоминается рекламный щит в Хайфе на русском языке: «Не думай, что ты самый умный – здесь все евреи».
В неомарксистских построениях очевидно просматриваются характерные гностические черты, но в силу сугубо материального, лишенного мистики и метафизики мировоззрения, получается секулярный гностицизм. Идеальные «души» заключены в тюрьму материального мира, который сковывает их и разрывает связь с «миром идей». Насколько этот деструктивный подход близок к привычной для России левой идее? Разница примерно, как между радикальными протестантскими течениями и Православием.
Искренние приверженцы левых идей в Европе считают, что мигранты так себя ведут не в силу собственных пороков, а из-за плохого государства, которое мало им помогало и поддерживало, вот они и выросли такими. На неоварваров-иждивенцев нельзя давить и наказывать, наоборот, им надо помогать и давать ещё больше. В следующий раз, читая высказывания очередного европейского левого политика, разрушающего собственную культуру и страну, представляйте этот романтический бред, что творится у него в голове.
С правыми либералами все проще и понятнее, для них индивид – предприниматель, полностью несущий за себя ответственность, а все социальные отношения – суть договоры и контракты. Для правых и левых либералов государство однозначное зло, как и общество с его традиционными законами. Однако, принимая во внимание несовершенство мира, они частично готовы с этим мириться, но стоит только консерваторам начать немного усиливаться, как весь спектр либералов дружно объединяются против общего врага, оправдывая происходящее высшими идеями.
В.И. Ленин очень неоднозначная, многогранная и сложная фигура в истории, но как философ и идеолог он создал отдельное направление марксизм-ленинизм, адекватное и актуальное для России, заложив защиту от неомарксистских изводов. И.В. Сталин смог адаптировать эти теоретические идеи до практической реализации, создав величайшую в истории человечества державу с точки зрения справедливости. Нет ничего удивительного, что европейские неомарксисты ненавидят марксизм-ленинизм, ведь он создавал сильное государство, как ненавидят и современную патерналистскую Россию.
И, да, в ближайшие десятилетия России придётся взаимодействовать со многими левыми силами в мире, важно чтобы ностальгия не застилала глаза, чем больше "социалист" подвержен идеологии неомарксизма, тем больше у него русофобии, не испытываем иллюзий…
