Мы часто используем термин «драгоценные металлы». Синонимом считается термин «благородные металлы». Всего таких металлов восемь: золото, серебро, платина, палладий, иридий, родий, рутений и осмий (последние шесть относятся к платиновой группе металлов). Кстати, этот список можно найти в Федеральном законе№41-ФЗ «О драгоценных металлах и драгоценных камнях».
Но чаще мы слышим лишь о первых двух металлах – золоте и серебре. Они в целом более востребованы, к ним проявляется повышенный интерес как со стороны обычных граждан, так и государства и бизнеса. Примечательно, что при рассмотрении рыночных позиций золота обычно также упоминается серебро. И наоборот, рассуждения о серебре сопровождаются упоминаниями золота. Это не случайно. Они образуют некую неформальную пару металлов, взаимно влияющих друг на друга. Кстати, в учебниках по экономической истории можно прочитать, что в прошлые времена существовала система денежного биметаллизма, когда денежные функции одновременно выполняли золото и серебро.
Не буду сейчас вспоминать совсем древнюю историю. Напомню лишь, что в совсем древнем Египте серебро было более редким металлом, чем золото и, соответственно, стоило дороже. Правда, потом все-таки золото стало дороже. В 3200 году до н.э. первый царь Древнего Египта Менес установил соотношение цен на золото и серебро 2,5:1.
Уже на рубеже старой и новой эры (т.е. времени рождества Христа) международная торговля золотом и серебром получила большое распространение. Что способствовало стабилизации ценовых пропорций по золоту и серебру как во времени, так и в пространстве. Образно выражаясь, возник прочный союз между золотом и серебром. Его можно было бы сравнить с крепким супружеским союзом.
Соотношение между стоимостью серебра и золота в античности и Средние века колебалось в пределах от 10:1 до 12:1, в XVII—XVIII веках находилось в районе 15:1. Где-то и когда-то пропорция обмена определялась указами императоров, королей и феодалов. К 46 году до н. э. Юлий Цезарь установил стандарт в 11,5:1, а затем император Август увеличил его до 11,75:1. Иногда указы подкреплялись увеличением чеканки золотых или, наоборот, серебряных монет.
В 1865 году ведущие европейские государства учредили Латинский монетный союз, который определил, что в Старом свете денежные системы основываются на биметаллизме с фиксированным соотношением между серебром и золотом - 15,5 к 1. Франция даже взяла на себя обязательство поддерживать эту пропорцию рыночными средствами – проводя при необходимости интервенции с помощью драгоценных металлов из своих запасов. Один французский франк союза соответствовал 4,5 граммам чистого серебра или 0,29 граммам чистого золота. Пропорцию 15,5 к 1 удавалось поддерживать до начала 1870-х годов. А после франко-прусской войны 1870-71 гг. пропорция «поехала».
Как известно, упомянутая война закончилась победой Пруссии. Прусскому канцлеру Бисмарку удалось собрать воедино немецкие земли, была восстановлена Германия, которую стали называть «Вторым Рейхом» (Первым рейхом считается основанная в X веке Оттоном Великим Священная Римская империя). Германия получила от побежденной Франции контрибуции золотом в размере 5 миллиардов франков. И с помощью этого золота канцлер Бисмарк ввел золотую марку. После этого началось победное шествие золотого стандарта по всей Европе. В 1897 году и в России министр финансов Сергей Витте запустил денежную реформу. Главное в ней – переход к золотому рублю. Российская империя присоединилась к клубу «золотого стандарта».
Биметаллизм был окончательно похоронен. Золото получило статус «короля денег», а серебро у него оказалось просто на подхвате. И это неизбежно повлияло на ценовую пропорцию золота и серебра в пользу первого металла. В 1876–1880 годах средняя пропорция рыночных цен составила 17,8, в 1889 году - 22,1, в 1898 году - 35, в 1909 году - 39,7. За какие-то четыре десятилетия серебро по отношению к золоту подешевело почти в 2,5 раза!
Золото как «короля денег» в ХХ веке несколько раз свергали. Но потом вроде бы вновь усаживали на троне. Но уже с ограниченными полномочиями. Последнее такое восстановление произошло в 1944 году на Бреттон-Вудской конференции, которая приняла решение о введении золотодолларового стандарта. Но прошло три десятка лет. И золото было окончательно свергнуто с королевского трона. Решение об этом свержении было принято ровно полвека назад в Ямайке (в январе 1976 года на острове Ямайка в Карибах проходила встреча представителей «хозяев денег», которую потом в учебниках стали высокопарно величать «ямайской валютно-финансовой конференцией»). «Короля» лишь свергли, но не убили. Образно выражаясь, он оказался в изгнании.
Некоторое почтение к «королю в изгнании» сохранилось. Хотя хозяева денег, сделавшие ставку на «бумажно-долларовый стандарт», и требовали забыть о «короле». О «короле» помнили и, как можно предположить, не исключали возможности его восстановления на троне. Об это свидетельствует то, что денежные власти большинства стран мира сохранили в своих резервах золото. И, что удивительно, оно согласно терминологии МВФ, по-прежнему называлось «монетарным золотом». Последнее десятилетие Центробанки не только освобождаются от «предрассудков» золотого стандарта, но уже проводят курс на наращивание своих золотых резервов. В конце прошлого года суммарные резервы золота в мире составили, по оценкам МВФ, 32,4 тыс. тонн.
Правда, о серебре как деньгах пока никто не вспоминал. Серебро из резервов денежных властей почти начисто исчезло. Вспоминают, что еще во времена Джона Кеннеди американский минфин имел серебро в своих запасах. Многие помнят историю о том, как Кеннеди летом 1963 года дал указание минфину начать эмиссию казначейских билетов под обеспечение серебряного резерва. Но на сегодняшний день такого резерва в американском минфине нет.
Образно выражаясь, пути золота и серебра в ХХ веке сильно разошлись. Ценовые разрывы увеличивались. С началом Второй мировой войны ценовая пропорция почти достигла значения 100:1.В XXI веке фиксация ценового разрыва выше планки 100:1 уже не считалось сенсацией. Так, в 2018 году был зафиксирован максимум 113:1. А в 2020 году был установлен новый рекорд 123:1.Пока не превзойденный.
Среднесрочный коэффициент соотношения золота к серебру (Gold/Silver ratio) за последние 10 лет - 77. А за последние 5 лет - около 80–83. Таким образом, просматривается тенденция к удорожанию золота по сравнению с серебром.
Но это на длинных дистанциях. А на более коротких серебро может брать реванши и демонстрировать более высокие темпы удорожания. И примером этого является прошлый 2025 год. По состоянию на 23 декабря 2025 года прирост цены серебра относительно начала года составил 136%, а золота – примерно 65%. Скорость у серебра оказалась в два с лишним раза выше, чем у золота.
В начале нынешнего года у золота и серебра были новые ценовые рекорды. У серебра – 117долларов за тройскую унцию. Затем оба металла в самом конце января испытали резкое падение цен. Но падение серебра меньшее, чем золото. В начале февраля 2026 года соотношение было 1 к 60-65. Одно из лучших для серебра за последние годы.
А далее эксперты делают прогнозные оценки, которые, к удивлению, оказываются противоположными. Одни говорят, что неизбежна ценовая «коррекция», которая приведет к восстановлению той константы, которая была определена на дистанции предыдущих десяти лет. Т.е. серебро подешевеет по отношению к золоту, и пропорция цен будет опять примерно 1: 80.
Другие эксперты говорят, что, наоборот, серебро относительно золота будет продолжать дорожать и приближаться к константе, но уже другой. Кто-то вспоминает константу накануне Первой мировой войны (примерно 40:1). А кто-то даже константу «старых добрых времен» XIX века, когда пропорция была 15,5:1.
В пользу ускоренного роста цен серебра довольно часто выдвигается такой аргумент, как ограниченность разведанных геологических запасов серебра. Эксперты ссылаются на данныеГеологической службы США: (USGS), разведанные мировые запасы серебра составляют около 550 000 тонн, а ежегодная добыча — 25 000–30 000 тонн. При таких темпах серебра хватит лишь на 20–25 лет. Кроме того, большая часть легкодоступных месторождений уже выработана, а новые проекты требуют огромных инвестиций и времени.
Но этот аргумент не очень убеждает. Взглянем на ситуацию с золотом. По итогам 2025 года, согласно данным Всемирного совета по золоту, добыча золота в мире составила 5 тысяч тонн. Разведанные геологические запасы этого металла, по данным USGS, на сегодняшний день составляют 64 тысячи тонн. Нетрудно подсчитать, что сегодняшние геологические запасы золота закончатся в два раза быстрее, чем запасы серебра. Так что «геологический фактор» скорее работает в пользу более высоких темпов удорожания золота.
Есть еще аргумент в пользу удорожания серебра, который заключается в том, что предложение этого металла существенно отстает от спроса. По данным Silver Institute, дефицит металла наблюдается с 2019 года и составлял 7,3–30% от мирового потребления. Дефицит обусловлен недостаточным количеством инвестиций в добычу, длинными сроками реализации проектов рудников, экологическими препонами. Растущий спрос на серебро удовлетворяется за счет ранее созданных резервов этого металла, а также за счет рециклирования серебра.
Сейчас я хочу подвести свои рассуждения под следующий тезис: в современных условиях цены на серебро не следуют подобно тени за ценами на золото. Когда-то они были очень похожими металлами, а сейчас они очень даже разные. С точки зрения их экономических функций.
Серебро очень далеко отползло от мира денег. Предлагаю посмотреть основные направления спроса (использования) серебра в мире в 2025 году (млн тройских унций):
Электроника и полупроводники — 456–466
Солнечная энергетика — 197–257
Медикаменты, химия и прочие отрасли — 50–100
Электромобили и аккумуляторы — 60
Украшения и столовое серебро — 70–80
Инвестиции (слитки и монеты) - 200–250.
Суммарный спрос на серебро в прошлом году оценивается в 1,2 млрд тройских унций. Первые четыре позиции, приведенные выше, можно назвать промышленным спросом. На него пришлось примерно ¾ суммарного спроса на серебро. На ювелирный спрос пришлось примерно 6%. На инвестиционный спрос – менее 20%.
А вот по золоту совсем другая картина. На промышленный (технический) спрос в прошлом году, согласно данным Всемирного совета по золоту, пришлось лишь 6,5% суммарного спроса на данный металл. На спрос со стороны ювелирки – еще 30,8%. А вот спрос со стороны тех, кто представляет мир денег или с ним тесно связан: центральные банки – 17,2%; биржевые инвестиционные фонды – 16,0%; частные инвесторы – 27,5%. Более 60 процентов спроса на золото со стороны тех, кто больше следит за финансовыми рынками и ключевой ставкой Федерального Резерва США.
А среди тех, кто формирует спрос на серебро, таких менее 20%. Покупатели серебрапреимущественно следят за электроникой, электротехникой, солнечной энергетикой, производством оружия, медицинской промышленностью и т.д. Серебро в промышленности, конечно, не дешевый ресурс. И там ищут возможности найти более дешевые заменители. Одновременно рождаются новые сложные технологические продукты, которые требуют серебра. Я клоню к тому, что прогнозировать спрос на серебро крайне сложно. Даже сложнее, чем спрос на золото. По крайней мере, лично мне траектория золота более понятна. И будет, наверное, еще понятней, по мере того как золото будет возвращаться в мир денег. А оно потихоньку возвращается.
А вот признаков возвращения серебра в мир денег я пока не вижу. А потому исхожу их посыла, что ценовая пропорция золота и серебра в обозримом будущем будет находится в районе 80:1. Следовательно, в настоящее время я ожидаю некоторой «корректировки» пропорции в пользу золота.
