1
Риманова поверхность эстетически выверена: можно любоваться ею, не зная, о чём идёт речь.
Доклад «О гипотезах, лежащих в основании геометрии» ввёл в оборот риманову метрику, определив место Римана в истории математического, глобального лабиринта: сколько ещё в нём поворотов!
Риман преобразовал сразу несколько разделов математики: математический анализ, комплексный анализ, математическую физику… даже арифметику…
Почему он умер в 39 лет?
Провидение не даёт ответа.
Сын бедного пастора, лишь с 14 лет смог посещать школу; проявив математические способности с детства, уступил желанию отца, и, поступив в Геттингетский университет, стал изучать филологию, философию, богословие.
Лекции Гаусса сыграли решающую роль: алмазный блеск математики побеждает.
Его жизнь – кабинетная: такой и должна быть, математика не подразумевает иной.
Риман указал, что допущения евклидовой геометрии должны быть проверены в космологических масштабах.
Бездна сияет.
Он мыслил пространствами.
Мысли его стимулируют развитие науки.
Список объектов, названных в честь Римана, велик…
Есть его сфера, его поверхность, его геометрия…
Он – словно воплощение математики в человеческом естестве; словно глагол её живой…
Её – и определяющей во многом бездны жизни.
2
Всего десять лет трудов: и преобразование в нескольких областях математики: Б. Риман уложился так…
Математический анализ, комплексный анализ, дифференциальные исчисления…
Риманова метрика меняет представление о пространстве, уточняя его, и, определив понятие n-мерного многообразия, он подходит к обобщению гауссовой теории поверхностей.
Не специалисту не понять.
Из бедной пасторской семьи происходил – Б. Риман: очень привязанный к семье, лишь в четырнадцать лет начавший посещать школу.
В области механики делает много.
Список терминов, связанных с деятельностью Римана, будет велик…
Они красивы: инварианты Римана, интеграл Римана.
И так далее…
Рано проявившиеся способности к математике привели к жизненному триумфу.
…риманова геометрия изучающее римановы многообразия…
Словно поэма ткётся: поэма бытия, проанализированного Риманом так пристрастно…
Жизнь – академическое движение: мысль, словно и определившая его плоть, его краткое бытие: меньше сорока.
Как бы разворачивалась его мысль дальше?
Вероятно, посмертная математика интересней.
