Утверждение "Даже не зная его картин, чувствуешь их присутствие в современном искусстве" неслучайно звучит применительно к творчеству художника Юрия Гавриловича Шмелёва (15 ноября 1938 г. —13 июля 2026 г.). Создатель серии полотен "Русь святая", которую в итоге составили девять холстов: "Распятие" (2007), "Андрей Первозванный" (1986), "Владимир Святой" (1987), "Митрополит Иларион" (создатель "Слова о Законе и Благодати", 1984), "Василий из Щековиц" (архимандрит Киево-Печерского монастыря, предполагаемый автор "Слова о полку Игореве", 1984), "Добрыня Ядрейкович" (Антоний, архиепископ Новгородский, "самое таинственное лицо средневековой Руси", человек, согласно летописному преданию, перевёзший из Константинополя после его первого, "крестоносного" падения в Софию Новгородскую Гроб Господень, 1987), "Дмитрий Донской" (1977, по другим данным — 1980), "Иван Фёдоров" ("Иоанн Фёдоров, друкарь Москвитин", 1983), "Патриарх Никон" (2007), — выделяется среди современных отечественных художников не только своим "лица необщим выраженьем" с явным уклоном в православную иконопись и высокую классику Возрождения, как средиземноморского, так и Северного (Тициан, Гольбейн Ханс Младший), между которыми он обнаружил немало общего, но и стремлением раскрыть через свои работы "генетические коды" русской цивилизации, явленные в "исторических фенотипах", прежде всего личностных. Поэтому "в моде" как художник он никогда не был и к этому не стремился. "Моим стихам, как драгоценным винам, настанет свой черёд", — однажды пророчески написала Марина Цветаева. То же самое можно сказать и о полотнах Юрия Шмелёва. А упомянутую его серию можно рассматривать как своего рода реплику в открытом диалоге с Павлом Кориным (учеником которого выпускник Московского академического художественного училища памяти 1905 года и молодой художник-реставратор хотел стать) и его "Русью уходящей". Русь святая — не Русь уходящая, но Русь вечная, от Христа до наших дней. Может быть, отсутствие среди шмелёвских героев Александра Невского и Сергия Радонежского, современников соответственно Добрыни Ядрейковича и Дмитрия Донского, объясняется ещё и тем, что эти великие русские святые уже были запечатлены кистью Корина? А коринские слова: "То, что ты ищешь, этого я не знаю. Это интересует только тебя. Вот то, что ты сам найдёшь, слепишь из себя, это и будет твоё. И не жди ни от кого пощады", — стали своего рода напутствием Юрию Шмелёву в искусстве и в жизни.
Почти четверть века назад, в 2002 году, мне довелось побывать в "родовом" доме Шмелёвых-Мощевитиных, рядом с Новоиерусалимским монастырём, видеть картины Юрия Гавриловича и слышать слова о них самого художника, погружаться вместе с ним в крещенскую иордань на реке Истре, и те впечатления навсегда остались незабываемым цельным образом («Завтра», 2002, №4): "…Хозяин дома показывает мне свои картины. Начинает с самого выстраданного. На большом холсте изображён поединок конных воинов. Тёмный, мрачный богатырь, с ног до головы облачённый в латы, поражает в сердце прекрасного белокурого юношу без доспехов. В круговорот битвы вовлечены лошадиные лики, красный и белый (да, это лики, вовсе не морды), и ангел возлагает золотой венок на голову павшего. Художник говорит несколько слов, из которых следует, что эта картина — аллегория революции 1917 года, когда народ, закованный в броню всеобщего сочувствия, поверг ниц свою аристократию. …Чуть позже я увижу другие варианты того же сюжета, где присутствует и "третья сила": некто в голубовато-зелёных (сегодня можно сказать — либеральных. — Авт.) тонах, поражающий самого "красного победителя". И — сделанные в иконописной манере "парсуны" русских князей и православных святых. Среди них выделяется портрет митрополита Илариона. …Оказывается, изображений Илариона не сохранилось, и его облик художник писал основываясь на редчайших, дошедших до нашего времени письменных свидетельствах. А потом выяснилось, что мощи первого русского митрополита по сию пору сберегаются в Дальних пещерах Киево-Печерской лавры, и знакомый привёз автору картины соответствующую фотографию. Сходство оказалось поразительным. Но самое внезапное — Иларион удивительно похож и на сына художника, ныне священника Русской православной церкви. …Такая вот тройным узлом времени завязанная картина…"
Художественная аллегория становится символом, а символы как система создают миф, относящийся уже не к сфере собственно искусства, но прорастающий из неё в сферу действия и поведения (этос) "своей" человеческой общности, народа. Творчество Юрия Шмелёва проходит именно таким "путём зерна", как сказано в евангельской притче о сеятеле: "Иное упало на добрую землю и принесло плод: одно во сто крат, а другое в шестьдесят, иное же в тридцать" (Мф. 13: 1–9). В конце этой притчи добавлено: "Кто имеет уши слышать, да слышит!" А кто имеет глаза видеть, да видит!
Пока верстался номер, пришло печальное известие: Юрий Гаврилович ШМЕЛЁВ, выдающийся русский художник, ушёл из жизни. Выражаем искренние глубокие соболезнования давнему другу и постоянному автору нашей газеты протоиерею Дмитрию Шмелёву в связи с кончиной на 88-м году жизни его отца. Вечная память и Царствия Небесного!
Фото: художник Ю.Г. Шмелёв у авторской копии полотна Тициана "Денарий кесаря"
