18 августа 2026 года официальный размер федерального долга США превысил 40 триллионов долларов. Из них, как отмечается, более 32,2 трлн долл., т.е. около 80%, приходится на долговые обязательства перед населением и организациями, в том числе около 9,6 трлн долл. — перед зарубежными, а остальные — на так называемые внутриправительственные заимствования. Отношение к этой новости во всём мире и у нас в стране колеблется в диапазоне от «это уже катастрофа» до «Америке всё равно, сколько у неё будет долгов, они себе этих долларов сколько угодно могут напечатать».
Но ответить на вопрос, где в этом диапазоне находится «точка истины» и где следует — да и в этом ли диапазоне вообще — следует её искать? —весьма затруднительно. Мы, например, по опыту можем знать, что при нормальных условиях (температура —+25°С, давление — 1 атмосфера) в ряду предельных углеводородов (алканы) соединения с количеством атомов углерода от 1 до 4 представляют собой газы, от 5 до 16 — жидкости, а от 17 и выше — твёрдые вещества; для сложных же финансовых систем подобные условия перехода количества в качество принципиально не исследовались экспериментальным путём, даже никаких точных единиц измерения здесь не установлено, поэтому предвидеть, какой по счёту триллион долга: сороковой, сотый или тысячный, — то ли сам по себе, то ли в соотношении с ВВП (или же с какими-то иными финансовыми показателями) приведёт к фазовому переходу нынешней «империи доллара» в качественно иное состояние, НЕЛЬЗЯ, но этот долг точно так же НЕЛЬЗЯ и количественно увеличивать до бесконечности. Тем более, за последние 10 лет Соединённые Штаты Америки нарастили свой федеральный долг вдвое, т.е. на ту же сумму, что за все предшествующие 240 лет своей истории как государства, а отметку в 10 триллионов долларов этот показатель впервые превысил в ходе финансового кризиса имени «Леман Бразерс» в 2008 году. Иными словами, американская финансово-экономическая модель в её современном виде, на протяжении уже минимум двух последних десятилетий, является абсолютно неравновесной, и если предположить, что ситуация продолжит изменяться с тем же относительным ускорением роста суммы долга, то следующего удвоения его, до 80 трлн долл., сколь бы фантасмагоричным и невероятным ни выглядело сейчас подобное допущение, можно ожидать едва ли не в течение уже следующего полугода. Что, разумеется, несовместимо с продолжением существования США в их прежнем статусе «глобального лидера» и эмитента главной мировой валюты. А значит, подобное, «по экспоненте», развитие событий невозможно, и эта траектория обязательно изменится уже в самое ближайшее время, то есть до конца второго президентского срока Дональда Трампа. Вопрос только в том, каким образом, вследствие каких обстоятельств это произойдёт. Но в том, что произойдёт, сомнений уже практически не остаётся. Вряд ли решение окажется военным — агрессия США и Израиля против Ирана наглядно показала, что «дубинка», имеющаяся в распоряжении Вашингтона, является недостаточно большой для того, чтобы диктовать свою волю даже Исламской Республике, вовсе не входящей в число первоклассных военных держав, а планы установить контроль над мировым рынком углеводородных энергоресурсов — неисполнимы. Если арабо-израильская «война Судного дня» 1973 года способствовала становлению «империи нефтедоллара», то попытка её повторения более чем через полвека в новых исторических условиях, можно сказать, оказалась безуспешной и привела только к ускоренному расходованию ресурсов: официально их потери и расходы оцениваются вроде бы вполне умеренной суммой в 30 млрд долл., по данным «Эн-би-си»* — до 100 млрд долл., но на деле могут быть и гораздо выше. А главное — эти затраты являются «неэффективными инвестициями», только затягивающими долговую петлю на экономике США.
Единственно реальным выходом из такой ситуации выглядит серьёзная девальвация американской валюты — то самое «напечатать долларов, сколько нужно», только это должны быть уже совсем другие, не "эти доллары" — может быть, в виде каких-то «денежных дериватов», типа акций британской «Компании Южных морей» образца 1711-1720 годов или контрактов голландской «тюльпаномании» в 1636-1637 годах, — исторический опыт в этом отношении существует и может быть востребован. Что, разумеется, не исключает применения с теми же целями каких-то технологических новаций, наподобие того же биткоина и других криптовалют или систем «искусственного интеллекта». Другое дело, что временнóе окно для такого рода манёвров стремительно сокращается, а, как известно, «Время — деньги». Причём не только текущее, но и будущее, в счёт долга у которого уже привыкла жить Америка. Но на Америке Трампа эта привычка вполне может прекратиться.
