При прогнозировании будущего мира необходимо определиться с уровнем детализации и проработки картины. На начальном, самом первом уровне создаётся эскиз, отражающий многообразие общемировых сценариев. Необходимо определить состав, общую композицию, соотношение, масштаб и пропорции элементов: будет ли мир единым или разделённым, как будет происходить развитие / деградация, какие внешние и внутренние факторы будут наиболее значимы и т.д.
Для второго уровня характерно рассмотрение мира как пространства противостояния крупнейших геополитических игроков и сил, способных оказывать влияние на общую судьбу, это подобно нанесению подмалёвки и нижних слоёв. В силу отсутствия предопределённости, избыточного многообразия, многовариантности, фактора воли и субъектного поведения, речь идёт о нанесении вариантов стратегий для всех, кто способен оказывать влияние на выбор сценария для мира.
Собственно, уже на этом уровне получается картина, которой достаточно для понимания, оценки перспектив, рисков и вариантов будущего. Однако мелкие детали оказываются недостаточно проработаны, ведь помимо значимых, относительно независимых стран и народов, в мире есть и другие. Разбор и описание стратегий и сценариев игроков, способных оказывать влияние на региональные расклады, но мало что меняющих для мира в целом, наносится на геостратегическое полотно на третьем этапе. Остальные территории и этнические системы представляют интерес лишь на четвертом уровне – расположенным вдали барашкам можно придать индивидуальные черты, а можно оставить стадо просто узнаваемым.
Для глобальных и региональных игроков (второй и третий этап) в условиях наступившей общемировой катастрофы чаще всего выбор будет оказываться между «плохо» и «очень плохо». Для средних и малых стран, территорий и этнических систем расклад будет хуже: «очень плохо» или «просто ужасно». Ни о каком определении собственной судьбы речи не будет, география станет приговором, а логика обстоятельств – доминирующим принципом. В мире, где много закона и порядка в ограниченном выборе нет ничего страшного, но в парадигме realpolitik, альтернативы сузятся до: отдать практически все или исчезнуть в пожаре национальной катастрофы.
Первые два уровня описания мира на ближайшие 10–15 лет были подробно разобраны в первом томе книги «Хроники будущих войн и катастроф. 2024–2035 гг.», это позволило очертить события ближайших лет. Второй том представляет третий и четвертый уровень, разбор перспектив, возможностей, проблем и рисков стран и народов, способных оказать влияние лишь на региональном уровне или вообще неспособных к субъектным действиям. Последнее придало глубину и живописность картине будущего, наполнило её оттенками цветов и светотенью.
Может показаться, что в силу ограниченности выбора и отсутствия пространства для манёвра, описание сценариев для средних и малых стран, территорий и народов в разы проще, чем для геополитических игроков, способных своими действиями влиять на мир, но всё с точностью до наоборот. Анализ и разбор больших и сильных понятен, он опирается на их цели и интересы, исходит из имеющихся ресурсов, исторических предпосылок, культурных традиций и особенностей, уровня пассионарности, воли и множество других факторов, что позволяют создавать стратегии, программы действий.
Крупные игроки уже имеют определённый набор карт на руках, их задача – максимально сыграть свою игру в условиях вечного дефицита ресурсов, вовремя воспользоваться ошибками противников, когда такие будут. Здесь крайне важно, что не если, а когда. Стратегия не сводится к разработке плана и следованию ему, она требует умения переключаться между вариантами стратегий, исходить из доступных альтернатив, а не мечтаний. Субъектам необходимо корректировать планы при поступлении новых вводных, выжимать максимум и минимизировать потери, биться до конца, даже когда кажется, что всё проиграно.
Для стран и народов, изначально обладающих ограниченными возможностями, расклады в разы сложнее, у них нет возможности играть на победу, их особенности и индивидуальные черты менее видны и понятны внешнему наблюдателю. В ближайшие годы им придётся бороться за минимизацию потерь, стараться сохранить достоинство и перспективы, чтобы остаться самими собой. Неверно принятые решения будут вести к утрате последних остатков субъектности, мало кто получит второй шанс. Они слишком малы и слабы, чтобы выдержать ответный удар, что станет следствием стратегической ошибки.
Можно вспомнить фразу: «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему», что справедливо и по отношению к геостратегии. Чем менее значима страна или народ, тем большего одновременного стечения факторов необходимо, чтобы получилось добиться желаемого результата. При этом нарушение хотя бы одного из множества условий ведёт к краху проекта. Однако, в каждом случае нарушения идеальных условий негативное развитие событий имеет свои особенности. Фактически, для большей части стран и народов в мире ключевой геополитической задачей на ближайшие десятилетия будет не завоевание и получение дополнительных благ, а сохранение уже имеющегося, а то и исключительно выживание.
Ирония геополитического момента и исторического процесса заключается во всеобщем непонимании происходящего. Большинство будет до последнего отрицать кардинальный характер изменений, позволяя внешним силам сделать выбор за них – получить «просто ужасно». Вместо адекватной оценки, многие страны будут пытаться разом решить все свои реальные и воображаемые проблемы, прыгнув вверх не на несколько ступеней, а сразу взлетев на несколько лестничных пролетов. В условиях общемировой катастрофы, для абсолютного большинства результатом станет разрушение, утрата ранее им принадлежащего. Часть из потерянного станет добычей сильных игроков, которые решат этим часть своих собственных проблем.
