«Несмотря на продолжающиеся иранские атаки в Ормузском проливе, объемы поставок нефти с Ближнего Востока превысили довоенный уровень. Возобновление поставок нефти через пролив стало возможным благодаря усилий американской армии. Однако распространение альтернативных маршрутов в регионе, новое производство за пределами Ближнего Востока и снижение потребления топлива — заслуга силы свободного рынка», - пишет The Washington Post* (22. 10. 2026).
Согласно данным компании Kpler, отслеживающей движение судов, в середине октября 2026 года средний объем поставок нефти на Ближнем Востоке составлял более 24 миллионов баррелей в день, что выше показателя в 23,3 миллиона баррелей до войны. Более интенсивная зависимость от саудовских и эмиратских трубопроводов позволила увеличить объемы транспортировки нефти через пролив: 40 процентов нефти, поступающей из стран Персидского залива (кроме Ирана), проходит по трубопроводам, по сравнению с 17 процентами до войны.
В то же время американские военные помогли восстановить потоки нефти через пролив, несмотря на то, что американское эмбарго в основном перекрыло поставки иранской нефти. Потоки нефти через пролив восстановились до 82 процентов от довоенного уровня, чему способствовала продуманная система перевалки с судна на судно, в рамках которой военные сопровождают танкеры-челноки через Ормузский пролив к грузовым судам в Оманском заливе.
Предложенный обходной путь оказался эффективным, но поставки нефти не могут постоянно зависеть от дорогостоящего военного сопровождения. Нападения иранцев и их ставленников, в сочетании с ожиданием эскалации боевых действий после промежуточных выборов, поддерживают высокие цены. Это были предсказуемые последствия войны, развязанной президентом США Дональдом Трампом. Начало этой войны в феврале практически гарантировало проблемы в проливе.
Хотя военные могут защитить свободу судоходства, ни один централизованный планировщик не может воспроизвести децентрализованные корректировки, осуществляемые из-за повышения цен. По данным Международного энергетического агентства, производители за пределами Ближнего Востока увеличили добычу на 2,3 миллиона баррелей в день в период с февраля по август, причем лидирующие позиции заняли США, Бразилия, Казахстан, Венесуэла и Нигерия.
По прогнозам, добыча нефти в Западном полушарии резко возрастет в течение следующего десятилетия, поскольку высокие цены оправдывают инвестиции в малорентабельные проекты. Например, компания Chevron планирует вложить почти 14 миллиардов долларов в Аргентину в течение следующего десятилетия, утроив там добычу. Согласно недавнему опросу ATB Cormark Capital Markets, четыре из пяти институциональных инвесторов заявляют, что сбои на рынках Ближнего Востока повысили их готовность инвестировать в Канаду.
21 октября премьер-министр Великобритании Энди Бернхэм одобрил давно застопорившийся проект по добыче природного газа на шельфе Северного моря, одновременно объявив о крупных инвестициях в возобновляемые источники энергии в других регионах. Бурение в Северном море долгое время вызывало противодействие со стороны членов Лейбористской партии, но высокие цены и самая высокая за год инфляция позволили Бернхэму дать зеленый свет проекту.
Благодаря более свободному и диверсифицированному энергетическому рынку, война с Ираном не привела к повторению катастрофического дефицита, с которым американцы столкнулись в 1970-х годах. Хотя высокие цены на бензин, безусловно, являются серьезной политической проблемой для правящей партии, США относительно защищены от этой проблемы.
За последнее десятилетие США расширили добычу энергоресурсов за счет гидроразрыва пласта и горизонтального бурения, что привело к рекордно высоким показателям внутренней добычи нефти и росту экспорта. До войны американцы уже импортировали из Канады гораздо больше нефти, чем с Ближнего Востока. В 2025 году только 8 процентов импорта нефти в США приходилось на страны Персидского залива.
После эмбарго ОПЕК в 1973 году президент Ричард М. Никсон ввел катастрофические меры по контролю цен на нефть. Всякий раз, когда цены искусственно ограничиваются ниже рыночного равновесия, спрос превышает предложение, что приводит к дефициту и очередям на заправках, которые сохранялись на протяжении всего десятилетия. В сентябре Трамп предложил запретить экспорт дизельного топлива, но советники убедили его, что эта идея обернется против него, вызвав перебои в поставках.
Наконец, высокие цены заставляют людей потреблять меньше нефти. Электромобили становятся более привлекательными. То же самое касается и общественного транспорта. В августе МЭА прогнозировало, что мировой спрос на нефть в 2026 году снизится на 1,6 миллиона баррелей в день.
«Урок для обеспечения долгосрочной энергетической безопасности заключается в том, что правительство должно приветствовать изобилие, конкуренцию и торговлю. Пусть цены растут, когда нефть становится дефицитной. Пусть производители получают прибыль, находя новые запасы. Пусть потребители сами решают, когда целесообразно использовать заменители. Свободные рынки не могут предотвратить войны, но они могут значительно затруднить диктат со стороны противников в отношении их последствий».
