Сообщество «Посольский приказ» 09:40 11 мая 2023

Супер-стар

коронация нового английского монарха

Самым пышным событием прошлой недели стала коронация нового английского монарха. Глава королевского семейства и правитель Церкви Англии принял имя Карла III и официально занял престол, вакантный после скоропостижной кончины в самом расцвете лет Елизаветы II в начале прошлого сентября. Церемония в Вестминстерском аббатстве прошла без неожиданностей и в целом как обычно — разумеется, если понимать под "обычным" событие, последний раз случившееся 70 лет назад. Престарелого принца нарядили в золотой халат, привели в собор, на полу которого был расстелен огромный флаг Украины, крестили всеми возможными индуизмами и зороастризмами, напялили на него корону (на которую мы посмотрим внимательнее потом), выдали церемониальный меч, представили новому наследнику престола Уильяму, помазали елеем, окончательно превратив Чарльза в Карла, и под пение хора мальчиков-зайчиков препроводили в Букингемский дворец доживать свои дни на троне обмылков Британской империи, на престол которой семь десятилетий назад восходила мать нового короля.

Независимые и свободные журналисты — британские поборники демократии — с восторгом приветствовали у себя в стране нового монарха. Они уделили особое внимание тому, что на коронацию в Лондон собрались все флаги в гости.

В трансляции Би-би-си особенно смешным оказался тот факт, что почти на все вопросы по существу церемонии блестяще подготовленные ведущие не знали ответа, а церемониальный меч, украшенный драгоценными камнями, по словам журналистов, значил совсем-совсем не войну, а напротив, мир (стремлением к которому так славится Британия). Оставим же Цезарю цезарево — в конце концов, такова работа этих несчастных людей, вынужденных изображать восторг по поводу коронации розового старика. Контексты, которыми оброс новый король за полгода своего полуофициального пребывания на троне, вновь возрождают старый спор. В нём одни утверждают, что британская монархия — не более чем распиаренное реалити-шоу, корона не даёт никакого реального влияния, а Карл III — лишь более симпатичная версия Ким Кардашьян. Другие же, напротив, всегда готовы поведать о том, как британский монарх управляет миром, не привлекая внимания адъютантов. Истина, лежащая где-то между, строится на загадочной смеси многозначительных церемоний и древних ритуалов с личными качествами и связями монарха. Поэтому все разговоры о значении британской короны в современном мире упираются в то, что мы со своей позиции просто не знаем, как ведёт себя эта самая корона в отрыве от седой головы умершей в минувшем сентябре Елизаветы. О том, что старушка имела огромные рейтинги и тянула вверх общественную поддержку монархии, в частности и британских внешнеполитических притязаний, знали все, поэтому ожидание Карла сопровождалось бесконечными разговорами о том, в чём непутёвый сын уступает последней носительнице имперского величия. Говорить было о чём: от конспирологии вокруг загадочной, но такой удобной гибели первой жены Чарльза Дианы до чересчур тесных связей с Катаром. И если о первом событии четверть века назад уже сказали достаточно, то суть вторых следует прояснить. Она состояла в том, что, в обмен на помощь с покупкой огромных площадей недвижимости бывшим премьером этого ближневосточного государства Хамадом бен Джассимом, Чарли получал в свой "благотворительный фонд" небольшую сумму — в 2015-м речь шла о 3 млн евро, но сколько было до и после, история тактично умалчивает. Бен Джассима The Guardian называла "человеком, скупившим Лондон", а за лондонскую недвижимость, как известно, платят не деньгами, а влиянием. Шутка тут не только в том, что этот самый фонд действительно творил благо для не слишком экономного наследника престола, но и в том, что катарский инвестор "поднял" эти деньги не на прославленной промышленности своей страны, не на гигантском аграрном комплексе в песках Персидского залива и не на бурной деятельности столицы мирового банкинга в Дохе — разумеется, все катарские деньги пахнут нефтью. Это делает ситуацию ещё забавнее, ведь бывший принц и нынешний король много десятков лет радел за природу с трибун Международного экономического форума, гостил на климатических саммитах, сидел в попечительских советах кучи зелёных фондов, подписывал своим именем различные инициативы за всеобщее внедрение возобновляемой энергетики и воспитывал сына Уильяма — нового принца Уэльского, наследника престола и ещё большего любителя всякой зелени, с которым, однако, это стало единственной точкой соприкосновения на фоне важных разногласий. Но тесная дружба Чарли с аравийскими монархиями интересна не только расхождениями с декларируемыми им и его сыном принципами — в конце концов, кого таким удивишь? Стоит понимать, что "содействие" в скупке недвижимости катарскому богачу — лишь малая часть огромной работы по наведению мостов между Европой и бизнес-элитами Ближнего Востока. Здесь следует подробнее присмотреться к Хамаду бен Джассиму, о котором шла речь выше. Его тёплые отношения с бывшим наследником престола — лишь один из фронтов катарской экспансии в Европу. Хамад в своё время прославился гигантскими вложениями во Францию времён Николя Саркози и Франсуа Олланда. Об отношениях с Эммануэлем Макроном сказать сложно, но судя по тому, как яростно французский президент защищает интересы главного катарского актива во Франции — футбольного клуба "Пари Сен-Жермен", без него тоже не обошлось. Бен Джассима называют главным архитектором катарской внешней политики: при нём участились разговоры о роли стоящего за Катаром Лондона в ближневосточном хаосе, кроме того, он год назад заявил, что Катар в компании с Саудовской Аравией, Турцией, Иорданией и США потратил 2 трлн долларов на свержение Асада в Сирии, заданному им курсом следует Катар и сегодня, тщательно стараясь вбить клинья в намечающуюся стараниями Пекина и Москвы континентальную стабильность.

Часто главным мотивом подобного поведения Катара и примкнувшей к нему Британии называется продажа газа в Европу, но конкретно в случае близких отношений Чарльза-Карла и его друга Хамада дело не только в этом. Британия пытается прорубить окно в Индию, куда Чарльз ездил с большими визитами минимум раз в десятилетие, а с небольшими — и того чаще, как, к примеру, в 2019 году на свой день рождения. Индийская связь Карла представляет интерес двумя фактами. Первый — его взаимоисключающие устремления с собственным сыном Уильямом. Дело в том, что Билли, рождённый принцессой Дианой, является по материнской линии прапраправнуком знаменитого банкира Эдварда Бэринга и, как следствие, продолжателем дела англо-германского семейства Бэрингов. Бэринги в индостанском расколе (искусственно созданном уходящей Великобританией) особый упор делали не на Индию, а на Пакистан. В том же 2019 году Уильям за месяц до своего отца ездил как раз в Пакистан, куда вместе с ним отправились Крис Джонс и Саймон Кейс — двое теневых архитекторов брекзита, то есть людей, администрировавших отчуждение от тех самых элит, что вкладываются в лондонские новостройки и парижских футбольных звёзд. В Пакистане Уильяма тепло встретил тогдашний премьер страны Имран Хан, с которым, как и с его бывшей супругой Джемаймой Голдсмит (ещё одной английской аристократкой, прославившейся защитой Джулиана Ассанжа), близко дружила покойная Диана даже после лишения титула принцессы. Говорим "пакистанские элиты" и держим в уме тесную связь с саудитами нового наследника престола, особенно если вспомнить близкие отношения Дианы с влиятельным и проповедующим прозападную линию поведения Эр-Рияда саудовским семейством Хашогги, чей отпрыск Доди Аль-Файед известен главным образом тем, что вместе с Дианой увидел Париж и умер. Да, это те самые Хашогги, что ныне стараются обходить стороной консульство Саудовской Аравии в Стамбуле.

Второй факт, имеющий значение в свете связи Карла и Индии, — пересечение кругов нового короля, который, как мы помним, только и делал, что катался по различным мероприятиям, и американского миллиардера Майкла Блумберга, чьи деньги были влиты в гигантское количество западных ястребов. Блумберг через работающего с ним Аджайпала Бангу, бывшего председателя Американо-индийского делового совета, связан с двумя индийскими джентльменами — Нанданом Нилекани и его коллегой по корпорации Infosys Нараяной Мурти. Мурти же связан с Британией самым интересным образом: его дочка Акшата Мурти замужем за неким Риши Сунаком, ныне занимающим пост премьер-министра Британии. Если вы не запутались в этих именах, перед вами вырисовывается конфликт поколений: пока престарелый папаша на катарские деньги флиртует с Индией, сынок, которому, очевидно, не удастся побить рекорд своего отца по пребыванию в роли наследника престола (74 года), играет в радикально ином направлении — на саудовские деньги стремится в Пакистан. "Пакистан" пишем — "Китай" в уме: очень показательно оказался обставлен визит на коронацию представителя Пекина. Хан Чжэн, заместитель председателя КНР, на протяжении последних лет изображался западной прессой как единоличный душитель свободы в Гонконге, который из-под британского протектората Китаю передавал в 1997 году как раз принц Чарльз, так что вызвавшую скандал отправку на коронацию именно его можно трактовать как подкол со стороны Си Цзиньпина.

Главным внешнеполитическим достижением этого года для Китая стало налаживание отношений между Эр-Риядом и Тегераном, в свете чего континентальная ось "Китай — Пакистан — Иран — Аравия" и её симбиоз со включающейся посредством помощи Москвы в процессы арабского мира и неизбежно стоящей на перекрёстке этого самого мира Сирией вырисовывается всё чётче. Перебить этот континентальный хребет — вопрос жизненной необходимости для Катара, чья враждебность Саудовской Аравии никогда не была секретом, но за последние месяцы стала слишком уж явной. Высокие отношения Эр-Рияда и Дохи прекрасно иллюстрирует громкий скандал прошлой недели, которому не место в материале про международные отношения. Нападающий упомянутого выше "Пари Сен-Жермен" Лео Месси, которому катарцы отсыпали щедрую зарплату и, судя по всему, помогли выиграть катарский кубок мира в минувшем декабре, съездил в Саудовскую Аравию, чьим рекламным "агентом" он является. За это величайшего футболиста в истории (по мнению некоторых) мгновенно выгнали из катаро-парижской команды, устроили скандал, посадили на самолёт до Барселоны и велели больше не возвращаться.

Что же касается мистера Сунака, чьё назначение идеально ложится в стремления Чарльза-Карла и в политику последних лет Елизаветы, то о нём нужно помнить одну важную вещь: он очень скучный. В нём нет серьёзной неловкости Дэвида Кэмерона, смешного невезения Терезы Мэй, утончённой прямолинейности Бориса Джонсона или придурковатой мимолётности… вы тоже уже забыли, как там звали предшественницу Риши Сунака? Сунак настолько никакой, что грязь к нему совершенно не липнет, прессе просто лень вешать на долговязого индуса вину за британские проблемы, а громкие политические скандалы уже не выстреливают в медиаполе, хотя меньше их ничуть не стало.

В конце апреля Сунак лишился одного из главных своих союзников: в отставку был вынужден уйти заместитель премьера, министр юстиции лорд-канцлер и бывший министр иностранных дел Доминик Рааб. Доминик был фигурой настолько влиятельной, что именно его отказ от сотрудничества с продвинувшим его наверх Борисом и поддержка Риши в своё время стали решающими факторами для победы того во внутрипартийном голосовании — всё по заветам дипломата Талейрана про своевременное предательство. Так вот, выяснилось, что Доминик Рааб — только представьте себе — орёт на своих подчинённых! Хуже того, в некрасивом поведении с сотрудниками своего аппарата он не делает разницы между полами, так что в добавок к этому он ещё и неуважительно относится к женщинам! Подобные претензии в адрес очевидно стрессовой должности одного из наиболее ответственных чиновников шатающегося государственного аппарата выглядят нелепо, но они добились своего: Рааб ушёл в отставку, а Сунак показательно за него не заступился. То, что Bloomberg пишет про эпидемию жалоб на грубое отношение в аппаратах топ-министров, ещё полбеды — беда (не наша, а Риши Сунака) в том, что он остался совершенно один. Главный союзник оказался выдавлен со своего поста, а союзники помельче, увидев такое равнодушие, едва ли воспылают к индобританскому премьеру преданностью. При Сунаке это уже третья отставка министра: Гэвин Уильямсон и Надим Захави отправились искать другую работу по примерно схожему алгоритму, причём Уильямсон ушёл после скандала со всё тем же грубым отношением к сотрудникам.

Причина, по которой Сунак всё ещё проживает на Даунинг-стрит, проста и печальна: пост пожарного в полыхающем здании никому не нужен. И речь здесь не только о проблемах Британии в целом: экономический кризис, который Альбион переживает намного хуже, чем кто-либо из G7, никуда не делся, а рост цен ни разу не перестал вызывать общенациональные забастовки. Но об этом и так без устали пишут наши СМИ, а нам важно подчеркнуть другую плоскость разброда в британской верхушке. 28 апреля в отставку ушёл Ричард Шарп. Не доблестный английский стрелок, сыгранный Шоном Бином, а весьма непростой товарищ, с февраля 2021 года занимавший пост директора Би-би-си — то есть начальника тех идиотов, что комментировали коронацию.

Помните, как чуть более месяца назад Илон Маск прицепил к аккаунту Би-би-си в "Твиттере" подпись "государственное СМИ", на что сотрудники этого самого СМИ принялись ныть, что оно независимое и совсем-совсем не государственное? Так вот, по британским законам, директора этого "независимого СМИ" назначает премьер, так что Шарпа в 2021-м назначил Борис Джонсон. Назначил по доброте душевной за большие профессиональные заслуги, а также за пустяковую помощь в получении Борисом кредита в 800 тыс. фунтов. Отставка Шарпа именно сейчас — не тихий уход в тень, а скандал на всю Ивановскую по поводу упомянутого кредита — неслучайна. Шарп, в 2021-м возглавивший медиаконгломерат, до того дня всю жизнь работал в финансовых структурах. Работа в JPMorgan и в Банке Англии не так интересна, как почти четверть века в Goldman Sachs, где под началом Шарпа, не покладая смуглых рук, трудился молодой и подающий надежды Риши Сунак. Би-би-си с приходом Шарпа переориентировалась и выступила в качестве инструмента борьбы во внутренней политике. Бесконечные материалы о проблемах британской армии, смакование бегства коалиции из Афганистана, описание инцидента около мыса Фиолент и произошедшая на следующий день "чудесная находка" секретных документов британского Министерства обороны в мусорке у автобусной остановки в графстве Кент — всё это намекало на серьёзные претензии кого-то из нового руководства Би-би-си к кому-то из старого руководства ведомства Бена Уоллеса.

На конкретику намекает направленность разгонявшихся Би-би-си нарративов: целью Шарпа назывался тогдашний начальник штаба обороны Ник Картер. Картер, рвавшийся воевать с Россией и сформулировавший основные принципы современной психологической войны, отметился среди всего прочего яркой работой в структурах НАТО, чьими силами он командовал на юге Афганистана, а также близкой дружбой с ветеранами руководства американской разведки. Ник, ушедший с поста в ноябре 2021-го, очень продвигал на своё место Патрика Сандерса — ещё одного "нужного человечка" с почти идентичным набором связей и ровно таким же пением по поводу первостепенной важности картинки в современной войне, но подлый Борис кинул его с назначением, из-за чего двигать важную креатуру наверх пришлось упомянутому министру обороны Бену Уоллесу — американца в британской шкуре назначили начальником британского генштаба. Словом, в лондонском аппарате американская группировка только что нанесла ответный удар — удар точный и болезненный, удар не по Риши Сунаку как таковому, но по пост-Борисовской группе. И Сунак, сидящий на своём посту не в последнюю очередь из-за конъюнктурной необходимости Карла III биться лбом об Индию, вынужден будет ответить и спровоцировать соперника на ещё более болезненные удары.

Таким образом, Карл только что взошёл на престол, но уже ведёт войну на два фронта. С одной стороны — собственный сын и щупальца китайского влияния, с другой — американские амбиции и старые долги союзникам по НАТО. Оба этих направления радикально контрастируют с тем, что Британия хотела бы сделать, будь она всё ещё Великобританией, — устроить собственное мини-НАТО от Балтики до Индии, править морями, царствовати и всем владети.

Дитя иной, бесконечно далёкой, эпохи, сын империи, над которой давным-давно зашло солнце, Карл безнадёжно упустил момент, когда его устремления были бы кстати. Помните, в начале текста мы собирались присмотреться к короне? Головной убор, использующийся только на коронациях, несёт для Карла III две зловещие коннотации. Во-первых, изготовили корону по приказу Карла II, сына казнённого в ходе революции Карла I. Изгнание, чума, пожар, военные катастрофы и католицизм — вот чем запомнился предшественник Карла III по ношению самого королевского имени в европейской истории. Во-вторых, в корону, если верить легенде, вмонтированы куски обруча святого короля англосаксов Эдуарда Исповедника. Эдуарда очень любит Церковь за его аскетизм и пристрастие к молитвам, но королём он был не ахти — за почти четверть века своего правления он разбазарил весь авторитет королевской власти, рассорился со всеми большими вассалами, а под конец жизни и вовсе постелил ковровую дорожку на английский престол Вильгельму Завоевателю, норманну, перебившему англосаксов.

Падающие рейтинги монархии, рост популярности республиканских настроений — эти уже давно наметившиеся тенденции только ускорятся с заменой харизматичной старушки на несимпатичного старика. На следующий день после коронации газета Daily Mail написала, что во время церемонии в одном из проходов древнего аббатства была замечена зловещая фигура в чёрном балахоне и чуть ли не с косой. Кто-то поспешил увидеть в этом жуткое предзнаменование скорой кончины Карла — невероятная проницательность с учётом преклонного возраста нового короля. Но возможно, что целью страшной гостьи, которой, в отличие от Елены Зеленской, не прислали приглашения, был не носитель короны, а сама корона.

21 июня 2024
Cообщество
«Посольский приказ»
Cообщество
«Посольский приказ»
16 июля 2024
Cообщество
«Посольский приказ»
1.0x