«Довлеет дневи злоба его…» И, будучи во множестве измерений охвачены пламенем этой злобы, пылающей через многочисленные события современности, мы как будто не замечаем (не хотим или не можем, не способны замечать?), каким образом это горение соотносится с «вечными вопросами», один из которых известен как «парадокс Ферми» — по имени поставившего этот вопрос в 1950 году знаменитого итальянского физика, лауреата Нобелевской премии и одного из «отцов атомной бомбы» Энрико Ферми — о причинах видимого отсутствия в наблюдаемом нами мире признаков существования какой-либо иной, помимо человеческой, высокоразвитой цивилизации, каковых, если само возникновение жизни — процесс естественный, природный, на чём настаивает мировоззренческая парадигма современной науки, может и должно быть достаточно много. «И где все в таком случае?» — якобы спросил по данному поводу великий физик в 1950 году, увидевший (предположительно — в журнале «Нью-Йоркер» за авторством Алана Данна) карикатуру, которая изображала «инопланетян» и их «летающие тарелки».
Так «Одиноки ли мы во Вселенной?». Проблема, заключённая в этом вопросе, — далеко не надуманная и не шуточная, она напрямую связана с представлениями о том, какие возможности и опасности могут ждать человечество в будущем, каковы вообще смыслы его существования. Мы принимаем как факт, что каждый из нас — смертен, это постоянно подтверждается на практике бесчисленным количеством смертей других людей, но смертно ли сообщество представителей биологического рода Homo sapiens, «человеков разумных», в целом: не вследствие каких-то внешних катастроф космического масштаба, которые в принципе непредсказуемы и неотвратимы, а, так сказать, по внутренним, исходящим из самого существования и развития нашей цивилизации, связанным с её деятельностью, причинам? Каковы же возможные варианты отсутствия подтверждаемых контактов или следов присутствия иных цивилизаций? Или мы не знаем чего-то крайне важного о себе и о той реальности, в которой существуем? «Кто мы? Откуда? Куда мы идём?»
Следует отметить, что события последних лет явно пополнили уже давно существующую по этому поводу неформальную «базу данных». Конечно же, прежде всего это касается такой «традиционной» в качестве «молчания Вселенной» причины, как (1) наличие атомного и термоядерного оружия, которое принципиально способно отбросить нашу цивилизацию «далеко влево», то есть в прошлое по шкале технологического развития. От былого табу на фактическое использование этой «большой дубинки» к настоящему времени, то есть всего за шестьдесят с лишним лет (исторически — не более чем мгновение), мало что осталось: система международных договоров по сдерживанию стратегических наступательных вооружений уничтожена, число стран, уже получивших или стремящихся получить данное оружие в своё распоряжение, постоянно растёт, а угроза его применения становится всё более широко обсуждаемой политической перспективой. Способно ли человечество успешно «сдавать ядерный тест» и в будущем — ответ на такой вопрос выглядит сейчас уже не столь однозначно, как это было во времена испытания советской «царь-Бомбы» и Карибского кризиса.
Намного менее традиционной, но всё более актуальной выглядит и возможность гибели человечества как цивилизации вследствие (2) некоей «особо удачной» в плане контагиозности и летальности генетической модификации микроорганизмов, бактерий или вирусов — особенно в свете недавней пандемии COVID-19, имевшей, согласно всё большему числу свидетельств, искусственное происхождение. Не исключено, что судьба марсиан-персонажей фантастического романа Герберта Уэллса «Война миров», погибших при вторжении на Землю от земной микрофлоры, может оказаться судьбой нашей цивилизации при продолжении ею экспериментов в сфере биотехнологий — разумеется, в случае неожиданного выхода этих экспериментов из-под контроля (даже весьма широко понимаемого).
Ещё одним мощным «трендом», который проявился за последние годы, стало исследование и развитие кибернетических технологий с целым веером разнообразных последствий общецивилизационного масштаба: от возникновения сферы «виртуальной реальности» до внедрения так называемого «искусственного интеллекта», которому приписывается потенциальная способность не только изменить человеческую цивилизацию, но и заменить её. В наиболее радикальных вариантах подобного тренда даже утверждается, что подобная замена уже произошла и что не только вся история человечества, но и весь доступный нашему восприятию мир является не более чем пространственно-временнóй симуляцией реальности, в которой мы всегда находились и продолжаем находиться. Что, в частности, ещё на ином уровне освоения технологий предусматривалось концепцией «майя», означающей «особую силу, или энергию, которая скрывает истинную природу доступного нашим органам чувств мира и обеспечивает многообразие его проявлений». В менее радикальных вариантах подобная замена отнесена (уже как возможность) в будущее. А полный переход цивилизации в (3) ультрагедонистический режим различных «игр в реальность» или «игр с реальностью» выглядит ничуть не менее вероятным, чем замена человеческой социобиологической цивилизации («кожаных мешков») цивилизацией искусственного интеллекта (4), чьи приоритеты и «критерии контакта» с сообществами разумных существ, в том числе аналогичными, могут существенно отличаться от таковых у представителей биологического вида Homo sapiens, обычно выступающих в качестве «вершины эволюции», «венца творения» и единственно известных носителей разума, хотя редкая религиозная традиция обходится без упоминания о духах (высшие силы) «добрых» (ангелы) и «злых» (бесы, шайтаны и т.д.), а также их Творце (Боге), которые безусловно обладают разумом, превышающим доступные человеку параметры, и взаимодействие с которыми (5), собственно, составляет содержание любой религии. Во всяком случае, регулирование сферы компьютерных технологий и «искусственного интеллекта» уже сегодня выглядит весьма запоздалым и неадекватным тем угрозам, которые развитие этой сферы уже несёт.
В современной космологии уже давно получила своеобразные «права гражданства» классификация цивилизаций по их энергопотреблению, выдвинутая ещё в 1964 году, то есть на заре «ядерной» и космической эры в развитии человечества, советским астрофизиком Н.С. Кардашёвым. Согласно «шкале Кардашёва», к «I типу» необходимо относить все те цивилизации, энергопотребление которых не превышает количество энергии, получаемой планетой от центральной звезды и энергетических источников самой планеты, ко «II типу» — те цивилизации, энергопотребление которых не превышает светимость центральной звезды (в пределе — создание так называемой «сферы Дайсона» вокруг неё), к «III типу» — те цивилизации, энергопотребление которых не превышает светимость «своей» галактики. Линейная экстраполяция данной концепции предполагает гипотетическое существование цивилизаций даже IV (энергетика Вселенной) и V (энергетика нескольких Вселенных, мультиверсума). В данном отношении следует отметить, что «шкала Кардашёва» создавалась в тот период, когда представления о структуре мегамира значительно отличались от современных, звёзды рассматривались как основные и по сути единственные источники космической энергии, а ныне господствующие в науке понятия «тёмной материи» и «тёмной энергии», которым в рамках космологической модели λ-CDM приписывается, соответственно, более 25% и около 70% масс-энергии Вселенной, вообще отсутствовали. Между тем понятно, что (ныне гипотетические) технологии освоения этих состояний материи (включая «энергию вакуума») способны не только повысить уровень энергопотребления человеческой цивилизации и изменить структуру этого энергопотребления, но и, образно говоря, открыть перед нами «двери в иной мир», куда, не исключено (6), уже перешли иные существующие во Вселенной цивилизации, отрываясь от «своих» звёзд.
Наконец, ещё одним принципиально возможным вариантом «Великого молчания Вселенной» является допущение, что (7)«Мы» — это и есть «Они» (только в состоянии квантовой неопределённости и «квантовой спутанности/связности»). Достаточно популярные гипотезы (8) «космического зоопарка», (9) «тёмного леса» (космический вариант современного мирового «закона джунглей») и (10) экологической катастрофы, которая якобы с высокой вероятностью («глобальное потепление», например, а ранее — «озоновые дыры» плюс несомненные пустыни в бывших зонах интенсивного земледелия) сопровождает процессы технологического развития, позволю себе здесь в этой связи не рассматривать — прежде всего, из уважения к нашей цивилизации, хотя, следует признать, известная нам история человечества, включая упомянутые выше события недавнего прошлого, даёт для подобных гипотез определённые и даже весьма веские основания. Во всяком случае, связанный с «парадоксом Ферми» вопрос: «Где все?», — и оценка связанных с ним «окон возможностей и рисков», возможно, хоть в какой-то мере предотвратит человечество от заведомо опасных для его дальнейшего существования шагов.
Илл. Поль Гоген "Кто мы? Откуда? Куда мы идём?" (1897)
